judea.ru banner
версия для печати
МОСКВА СОБИРАЛАСЬ УНИЧТОЖИТЬ ИЗРАИЛЬ
Изабелла Гинор (Едиот Ахронот)
Четверг, 24 Апреля 2003 г., 14:03:00
Недавно опубликованные секретные документы КГБ и свидетельства очевидцев проливают новый свет на вмешательство СССР в Шестидневную войну. Египетские ВВС планировали взорвать ядерный реактор в Димоне. Десант советских "добровольцев" должен был совершить высадку в Хайфе. Переводчики имели задание наладить связь с израильскими арабами.

Советское военное командование намеревалось вмешаться в ход Шестидневной вой - ны и выступить на стороне арабских стран. В СССР планировали послать авиацию и флот на помощь арабам. Советские военные ко - рабли должны были атаковать Израиль со стороны Хайфского залива. Об этом свиде - тельствуют данные, которые были опублико - ваны лишь недавно. Со времени Шестиднев - ной войны прошло 34 года. Но эти факты не утратили актуальности.

. Уже в начале 1967 года во все воинские части советской армии был передан текст речи министра обороны СССР, маршала Ан - дрея Гречко, который заявил, что год пятидесятилетия Великой Октябрьской социалистической революции станет последним го - дом существования Государства Израиль. Вот что рассказал один представитель советской военной разведки своему американскому коллеге: "Высшим офицерам объяснили, что верховное командование хотело бы дать возможность арабам -" представителям прогрессивных движений "одержать историче - скую победу над" реакционным "Израилем. Такую победу, которой арабы навсегда будут обязаны Москве и которая означала бы уничтожение Израиля".

Как известно, в 1947 году СССР проголосовал за создание Израиля, а в дни Войны за независимость поддерживал еврейское государство. Однако отношение Кремля к Израилю быстро изменилось. Во времена холодной войны, в 50 - 60 - е годы, СССР и его сателлиты выступали на стороне арабов, оказывая им военную и политическую поддержку. Вместе с тем страны коммунистического блока старались вслух не поддерживать требования арабов об уничтожении еврейского государства.

Вместе с тем очевидно, что Советский Союз сыграл существенную роль в создании того военно - политического кризиса, который привел к Шестидневной войне. В прошлом ухе неоднократно говорилось о том, что именно СССР снабдил Египет ложной информацией о концентрации израильских частей на границе с Сирией. Есть сведения о том, что эта информация была передана в Египет по трем разным каналам. Начальник Генерального штаба Египта, Махмуд Фаузи, отнесся к этим сообщениям скептически. После того как он лич - но посетил Голанские высоты, он сделал следующий вывод: "Русские находятся во власти иллюзий. Но советский Генштаб продолжал передавать эту информацию снова и снова.

Вполне возможно, что СССР, поддерживавший арабов, но открыто не призывавший к уничтожению Израиля, изменил свою по - зицию в середине 60 - х, когда был построен ядерный реактор в Димоне. Существует мне - ние о том, что Москва намеревалась использовать войну между арабами и Израилем как повод для того, чтобы атаковать реактор и уничтожить его.

Цель атаки - реактор

Два месяца назад в Интернете появилось сообщение одного из российских агентств, основанное на секретнейших документах КГБ, лишь недавно разрешенных к публикации. В нем говорилось:" Спутники - шпионы (которые тогда еще были новин - кой), а также конвенциональные развед - службы снабдили СССР точными данными относительно объекта в Димоне. В свете того, что информационное сотрудничество между СССР и Египтом в те годы было очень тесным, очевидно, что СССР передал Египту информацию об израильском реакторе ".

Автор сообщения делает вывод о том, что в Москве собирались уничтожить израильский ядерный объект, совершенно" излишний ", по мнению советского руководства. Ради этой цели было решено распространить явную дезинформацию. СССР поддерживал арабов, но при этом хотел, чтобы израильтя - не начали войну первыми.

Олег Гриневский, бывший руководитель ближневосточного отдела в МИДЕ СССР, недавно подтвердил в статье, опубликованной в российской" Независимой газете ":" Наша разведка еще в середине 60 - х располагала надежными сведениями относительно ядерного потенциала Израиля. Существует информация о том, что одной из причин развя - зывания Египтом Шестидневной войны было стремление нанести удар по Израилю прежде, чем эта страна сможет применить ядер - ное оружие. В военных планах Египта Димона значилась в качестве одной из главных целей ".

Гриневский утверждает, что в 1981 го - ду, через 14 лет после Шестидневной войны, министр иностранных дел СССР Андрей Громыко, занимавший этот пост и в 1967 году, заявил:" Наше военные опасались, что Израиль может атаковать Сирию в любой момент. В середине мая 1967 года два египетских Мига совершили разведывательный полет над Димоной. К вели - кому удивлению египетского правителя Гамаля Абделя Насера, летчики вернулись на базу целыми и невредимыми - несмотря на то что реактор охраняли ракетные батареи "Хок" американского производства. Спустя неделю Миги снова облетели Димону - и снова без какой - либо реакции со стороны Израиля. В связи. с этим министр обороны Египта маршал Амар дал приказ атаковать Димону и другие важные объекты на территории Израиля. Однако по нашей просьбе Насер отменил этот указ. Советскому руководству не было известно о намерениях Египта уничтожить ядерный потенциал Израиля. Мы знали лишь о планах нанести неожиданный удар по стратегически важным объектам. Если бы мы точно знали о том, что главной задачей является уничтожение ядерного потенциала, мы бы не стали возражать ".

Ставка на израильских арабов

Если предположить, что версия Гриневского верна, то непонятно, что именно заставило русских обратиться к Египту с просьбой отменить приказ о воздушной атаке на военные объекты Израиля. Возможно, подобная просьба, если таковая действительно имела место, свидетельствовала о разногласиях в руководстве СССР.

11 мая 1967 года, за два дня до того, как Москва передала в Каир ложное сообщение о" концентрации израильских сил на границе с Сирией ", всем переводчикам с русского на арабский, входившим в состав военной делегации СССР в Египте, было приказано явиться в советское посольство в Каире. В интервью, которое один из переводчиков впоследствии дал российской газете, он рассказал, что его с товарищами послали в алексан - дрийский порт, а оттуда переправили на советское военное судно, курсировавшее в водах Средиземного моря напротив берегов Израиля." Мы точно знали, что нас высадят в Хайфе или чуть к северу от нее, с тем, чтобы мы осуществляли связь с арабами Израиля, которые, как нам сказали, "с нетерпением" нас ждут ", - рассказал переводчик.

Юрий Х. В те дни носил звание лейтенанта и служил на одном из военных кораблей СССР. 3 мая 1967 года кораблю был дан приказ покинуть Балтийское море и присоединиться к военно - морским силам СССР, включавшим ядерные подводные лодки и направлявшимся в Средиземное море.

" Сразу же после объявления войны капитан приказал мне набрать 30 "добровольцев" из состава команды, - недавно рассказал X.

- Я должен был дать им приказ высадиться на берегу Израиля. Примерно такие же по численности команды были набраны на всех 30 советских кораблях, которые курсировали в Средиземном море. В общей сложности речь шла примерно о тысяче человек. Кро - ме того, в захвате Израиля должно было принять участие одно десантное судно - примерно сорок танков - и, возможно, пехотный батальон, дислоцированный на одном из кораблей ".

" В нашу задачу входила высадка в Хайфском порту, - вспоминает Х., - но что мы должны были там делать - я с пистолетом, а моряки с автоматами Калашникова? Нам было сказано: "Высадитесь и ориентируйтесь по ситуации. Бросайте гранаты и уничтожайте врага. Но гранаты, которые у нас были, предназначались для борьбы с подводниками, а не для боев на суше".

Тем не менее, морально советские солдаты были готовы к выполнению этого приказа. "Тогда все было по другому, - говорит X., - я верил в святость красного знамени и в нерушимость офицерской клятвы. Это была, в нашем понимании, справедливая война: наглые израильтяне напали на несчастных арабов, и мы должны были израильтян проучить. Это сейчас я умный. Если бы такое случилось сейчас, я бы, скорее всего, не подчинился приказу". Но тогда в "добровольной акции" отказал - ся принять участие лишь один моряк из всей команды. Его не наказали - просто в следующий раз, когда корабль зашел в порт, к которому был приписан, этого моряка высадили на берег.

"Вам помогут ВВС", - пообещали X. и его команде. "Как вообще летчики, находясь в воздухе, должны были нас опознать? - сар - кастически спрашивает он сегодня. - У нас не было ни переговорных устройств, ни сирен, ни сигнальных ракет - вообще ничего. Хайфский порт довольно мал, и если бы наши ВВС действительно пришли нам на помощь, они бы стерли этот порт в порошок - вместе с нами".

Турция не согласилась

Как оказалось, поддержка со стороны ВВС - это были не пустые обещания. Юрий Настенко, тогдашний командир эскадрильи самолетов Миг - 21, рассказывает, что 5 июня его подчиненные вместе с еще одним подразделением были приведены в состояние повышенной боевой готовности.

На следующий день они вылетели на базу, расположенную на южной границе СССР, где в течение трех последующих дней летчи - ки то и дело получали приказ сесть в самолеты. "Предполагалось, что мы высадимся в Сирии, - рассказывает Настенко, - а для этого нам нужно было пролететь над террито - рией Турции, соблюдавшей нейтралитет. Сделать это без разрешения турецких вла - стей значило спровоцировать войну".

Документы госдепартамента США свидетельствуют о том, что в начале войны Турция получила официальную просьбу от Ирака позволить советским самолетам Миг - 21 пересечь турецкую территорию якобы с целью попасть в Ирак. Турки заподозрили, что Ирак не будет последним пунктом на пути следования советских самолетов, и согласия не дали.

Генерал советских ВВС Решетников, который в 1967 году командовал четырьмя боевыми эскадрильями стратегического назначения, не подтверждает рассказ Настенке. По его словам, причиной отмены приказа о высадке в Сирии был вовсе не отказ Турции, а совсем другие, в некоторой степени комичные, обстоятельства.

"Наши самолеты было приказано украсить эмблемой египетских ВВС, - утверждает Решетников (позже, во время войны на истощение, советские самолеты, дислоцированные в Египте, действительно были выкрашены в цвета египетских ВВС). - однако к несчастью, на наших складах была лишь красная краска, необходимая для для изображения красной звезды. Ни зеленой краски, ни белой, ни черной - цветов египетских ВВС - у нас на складах не было. Пока доставали краски, приказ пришлось отменить. Слава Богу..."

Скорее всего, с военной точки зрения, тысяча советских солдат не могла бы захватить Хайфский порт или причинить значи - тельный ущерб военным или гражданским объектам порта. Однако сам факт подобного вмешательства в войну советских военных сил и использование советских ВВС против Израиля могли обернуться катастрофическими последствиями, привести к войне между двумя сверхдержавами и, возможно, изменить весь ход мировой истории.

Третья мировая война

X. и его люди тоже понимали, что их операция может привести к мировому конфликту, и что они служат лишь инструментами в чужой игре. "С точки зрения Советского Союза, потеря тысячи человек не значила ничего, - рассказывает X., - тогда потери начинали отсчитывать с пяти миллионов. Главное было продемонстрировать свою мощь. Американцы вводят в Средиземное море Шестой флот? Мы переводим эскадрилью из Черного моря. Они посылают самолеты - разведчики? Мы планируем высадку в Израиле. Израильские танки идут по Синаю и готовы форсировать канал? Тут высаживаются наши силы, и начинается третья мировая война... Рухнул бы весь мир".

Данных, которые свидетельствовали бы о том, что советские планы были на тот момент известны США или Израилю, нет. Од - нако из протоколов экстренных совещаний между американскими и израильскими руководителями известно, что на фоне концен - трации советских ВМС в водах Средиземного моря Израиль в большей степени, нежели США, представлял опасность вмешательства Советского Союза. Израиль неоднократно делился своей обеспокоенностью с США. Однако эти соображения не стояли во главе повестки дня и не помешали Израилю провести предупредительную атаку 5 июня.

Судя по всему, опасения, что активное военное вмешательство в войну между Израилем и арабскими странами может привести к столкновению с США, стало причиной споров в советском политбюро. Спорили о том, давать ли добро на операцию по высадке.

Очевидно, министр обороны Гречко занимал более агрессивную, антиизраильскую позицию. Среди его сторонников были руко - водитель КГБ Юрий Андропов и глава Московского горкома КПСС Николай Егорычев. Последний даже посетил Египет неза - долго до начала войны, а по возвращении требовал увеличить военную помощь этой стране. Позже именно он выступал с предло - жением высадить советские войска в Синае.

Первая угроза

Недавно Егорычев рассказал, как случайно стал свидетелем одного спора. Он позвонил по телефону генеральному секретарю Л. И. Брежневу в тот момент, когда в его кабинете находились другие партийные лидеры, в том числе и премьер - министр Алексей Косыгин, "Косыгин категорически возражал против прямого вмешательства в этот конфликт, - рассказывает Егорычев, - он упорно утверждал, что мы не имеем никакого права вмешиваться в этот конфликт и ни в коем случае не должны этого делать".

В ходе Шестидневной войны начала активно действовать горячая телефонная линия между Москвой и Вашингтоном, которая была создана в 1962 году после событий на Кубе, но с тех пор не действовала.

Тогдашний министр обороны США Ро - берт Макнамара бросился будить президента Джонсона. Это было в 7.15 утра, и Джонсон рассердился: "Какого черта вы звоните мне в такое время?" Макнамара объяснил, и уже спустя четверть часа президент, Макнамара и глава госдепартамента собрались на совещание в Белом доме.

В ходе Шестидневной войны две сверх - державы обменялась более чем двадцатью нотами, по большей части содержащими тре - бования обуздать ту или иную сторону, а также условия прекращения огня и заверения о том, что ни одна из сверхдержав не намерена атаковать другую. Однако 10 июня русские передали американцам первую угрозу прямого вмешательства в войну против Израиля. Угрозу передал именно Косыгин, который, согласно свидетельствам, отстаивал в Кремле более умеренную позицию. Поводом послужила атака Израиля на Голанских высотах.

В течение первых четырех дней войны Израиль действовал на египетском и иорданском фронтах и практически не вел боевых действий против Сирии. После войны высказывались предположения о том, что Моше Даян, который больше всех в израильском командовании возражал против атаки на Си - рию, опасаясь вмешательства СССР, изменил свою позицию. Это произошло после того, как он убедился, что Москва не предпри - няла никаких конкретных шагов для защиты Египта. Тогда Даян отдал приказ о захвате Голан. Без сомнения, ему не было известно о советских планах захвата Хайфского порта.

Израильские танки на пути в Дамаск

Вот что говорят Юрий X.: "В течение пяти или шести дней мы ждали приказа о начале высадки. Мы постоянно курсировали между Александрией и Суэцким каналом с одной стороны и Кипром и Критом с другой. Курсировали на расстоянии от 50 до 100 морских миль от берегов Израиля".

Однако операция все откладывалась - до тех пор, пока спасать Египет от полного поражения не стало уже поздно. Возможно, причиной задержки стали непрекращающиеся споры в политбюро об опасности разжигания мировой войны, а может быть, дело было в технической сложности оказания помощи с воздуха. Может быть, сказалось и несогласие с правящим режимом Египта - далеко не все в Каире готовы были броситься в объятия "русского медведя".

В Сирии ситуация была совершенно другой. Сирия к тому времени уже была беззаветно предана СССР.

Утром 10 июня, на следующий день после израильской атаки на Голанских высотах, Косыгин воспользовался горячей линией для того, чтобы передать Белому дому ноту, которая и по содержанию, и по стилю отличалась от всех предыдущих.

"Израиль ведет боевые действия, продвигаясь к Дамаску, - говорилось в ноте. - Настал решающий момент, когда мы вынуждены - в том случае, если военные действия не прекратятся в ближайшие часы, - принять самостоятельное решение. Мы готовы к этому шагу. Однако подобные действия могут привести к столкновению, которое закончится катастрофой. Мы предлагаем вам потребовать от Израиля прекратить военные действия без всяких предварительных условий. В случае, если это не произойдет, передайте Израилю, что мы примем необходимые меры, включая военные действия".

Очевидно, русские сменили тон, опасаясь, что израильская армия дойдет до Дамаска, до которого оставалось лишь 40 километров, а это приведет к падению сирийского режима.

В Белом доме началось совещание о том, насколько русские в состоянии выполнить свою угрозу относительно вмешательства в военные действия. Помощник госсекретаря Николас Катценбах срочно вылетел в Израиль с тем, чтобы потребовать от израильтян немедленно прекратить наступление на Голанах. Джонсон заказал завтрак и вышел из комнаты - возможно, в туалет. Министр обороны Макнамара предложил показать рус - ским, что США не потерпят никакого военного вмешательства со стороны СССР.

За несколько дней до описываемых событий арабы обвинили США в том, что самолеты Шестого флота помогают ВВС Израи - ля. Для того чтобы опровергнуть эти обвинения, американским кораблям было приказано отойти подальше от арены боевых действий. В тот момент, когда поступила угроза от Косыгина, американские корабли двигались на запад, в направлении Гибралтара, где должны были проходить морские маневры. Макнамара предложил дать судам приказ изменить курс и двигаться к востоку. Глава ЦРУ Хелмс заметил, что советские подводные лодки, внимательно следящие за передвижением кораблей Шестого флота, немедленно сообщат о смене курса советскому командованию. Тем временем в зал заседаний вернулся президент Джонсон. Он услышал это предложение и дал свое согласие.

Приказ о высадке был отменен

В тот же день СССР разорвал дипломатические отношения с Израилем. Человек, занимавший в то время высокий пост в советском МИДЕ, говорит, что решение было принято Громыко, который, как и Косыгин, возражал против военного вмешательства. "На заседании политбюро Громыко в самый последний момент предложил разорвать отношения с Израилем для того, чтобы не ввязываться в эту опасную военную затею, которая оказалась столь трудновыполнимой для наших ястребов, - рассказывает этот человек. - Громыко опасался столкновений США".

К тому времени судно, на борту которого находился Юрий X. со своей командой "добровольцев", подошло на расстояние 30 морских миль к берегам Израиля. В этот момент морякам сообщили, что приказ высадке отменяется. Кораблю было приказано изменить курс и вернуться в открытое море. Одновременно в Александрии отменили приказ о переводчиках, которые должны были присоединиться к группе захвата и наладить связь с израильскими арабами. Как рассказывает X., ходили слухи о том, что Брежнев говорил по телефону с президентом Джонсоном и "они оба поняли, что через полчаса после высадки в Хайфе весь мир будет втянут в войну".


версия для печати
Перепечатка без письменного разрешения Judea.Ru запрещена  (С) Иудея.Ру 2002 webmaster@judea.ru
Дизайн и программирование BINAMICA - разработка динамических сайтов

Открыта дискуссия по статье. Сообщений:4

автор:
E-mail:
Ваше сообщение:

Сообщения:4

Эли - Папа 
22:03 כ"ב בניסן תשס"ג
24 Апреля 2003
№1
Почитайте...
лазарь эли
22:33 כ"ב בניסן תשס"ג
24 Апреля 2003
№2
разве министром обороны тогда был гречко?
Эли - Лазарь 
22:50 כ"ב בניסן תשס"ג
24 Апреля 2003
№3
Да, он был в числе членов брежневской команды. Долго сидел.
Бен-Ицхак
22:50 כ"ב בניסן תשס"ג
24 Апреля 2003
№4
http://www.hrono.ru/biograf/grachko.html
прибавить сообщение к теме