Береговая линия Аральского моря, 1957

Экосистема Большого Арала видоизменяется буквально на глазах. Недовымершая живность мутирует, чтобы продолжить род. А на высохших участках ищут нефть. О состоянии Арала корреспонденту Infox.ru рассказали побывавшие там российские ученые.

Аральское море продолжает высыхать. Но ситуация в каждой из акваторий этого некогда огромного моря-озера далеко не однозначная. Какие процессы происходят сейчас в Аральском море, корреспонденту Infox.ru рассказали ученые из Института океанологии (ИО) имени П. П. Ширшова РАН — заместитель директора ИО РАН, доктор географических наук Петр Завьялов и научный сотрудник Филипп Сапожников.

Предыстория

В 40−е годы XX века СССР начал реализацию амбициозного проекта по забору воды на орошаемое земледелие из рек Амударья и Сырдарья. Очень быстро экономика среднеазиатских республик взлетела на небывалые высоты. Но через 20 лет успех обратился в экологическую катастрофу.

В 60−е годы из-за чрезмерного забора воды из Амударьи и Сырдарьи уровень Аральского моря начал падать. За 40 лет площадь четвертого по величине озера в мире сократилась на три четверти, а соленость выросла в 15 раз.

В 1989 году озеро разделилось на две части — Большой и Малый Арал. Строительство в 2005 году Казахстаном Кокаральской дамбы окончательно отделило Малый Арал от Большого. Теперь все воды Сырдарьи поступают только в Малый Арал. Поэтому в Большом Арале ситуация сложилась печальная. Он постепенно высыхает. Сначала Большой Арал разделился на две части – восточную и западную. В 2008 году восточная часть Арала практически полностью высохла. Сейчас территория Восточного Арала – сухое дно, покрытое солью. Западный Арал еще жив.

Экстремальная химия Арала

По словам Петра Завьялова, сейчас Западный Арал похож на мощный химический реактор. В условиях аномально высокой солености — в некоторых частях моря она достигает 200 г/л (для сравнения, соленость Мертвого моря около 300 г/л) происходит выпадение на дно карбонатов кальция и магния, гипса, мирабилита. Но это еще не все. Существует еще одна серьезная проблема — заражение сероводородом. «Мы впервые обнаружили это явление в западной части Арала в 2002 году. Дело в том, что море неоднородно по вертикали. Оно состоит из слоев разной плотности и солености. Сверху находится легкий и менее плотный слой, он и затрудняет обмен с атмосферой нижележащих слоев. Получается, что основная толща вод оказывается как бы закрыта крышкой, через которую поступает очень мало кислорода. В такой среде живут особые анаэробные бактерии. Они разлагают органику, например, останки животных и растений. В результате образуется сероводород», — объясняет Петр Завьялов. Сероводородная зона занимает почти половину всего Западного Арала. Газ заполняет практически всю нижнюю толщу воды и залегает всего в 10−20 метрах от поверхности. Для сравнения, в Черном море сероводородная зона начинается в 150 метрах от поверхности. Концентрация сероводорода в Аральском море велика – иногда она в 10 раз превышает содержание этого ядовитого газа в Черном море.

Неужели в такой экстремальной среде можно выжить? Оказывается, можно.

Борьба за жизнь

По словам Филиппа Сапожникова, Западный Арал продолжает бороться за жизнь. На фоне сложных геохимических процессов в нем происходят удивительные перестройки в сообществах живых организмов. Экосистемы очень быстро эволюционируют, стараясь выжить любой ценой.

Одни виды, к сожалению, вымерли. И с этим ничего нельзя поделать. Так произошло с рыбами и моллюсками. В 2000 году исчезли моллюски сердцевидки (Cerastoderma ismicum), а потом в 2004 году, когда соленость достигла 90 промилле, исчез другой массовый вид, Syndosmia segmentum. Почти в то же время исчезли последние рыбы — дожившие до крайне экстремальной солености камбала-глосса и каспийская атерина. Но на смену этим видам пришли другие – более солеустойчивые. Во-первых, крошечный рачок Artemia partenogenetica, который заселился в Аральское море из других соленых водоемов Средней Азии в 1996 году. Другая успешная группа – диатомовые водоросли, образующие огромные поселения на дне моря. «На дне Западного Арала плотность диатомовых водорослей на два порядка выше, чем в других морях Земли», — говорит Филипп Сапожников.

Жизнь под пленкой

Эти удивительные организмы смогли адаптироваться к новым условиям очень необычным способом. «Проблема, с которой столкнулись диатомеи – сероводородная среда. В этих условиях они вполне могут жить, но не размножаться. Чтобы решить эту проблему, они изобрели уникальный способ — стали формировать вокруг себя рыхлую прозрачную пленку из полимеров. И продолжали фотосинтезировать. Хорошо, что света на такой глубине достаточно. В процессе фотосинтеза, как известно, образуется кислород. Он и поступает в эту пленку. Так каждая диатомея окружает себя оболочкой, богатой кислородом. За счет такой микросреды они и могут размножаться», — рассказывает Филипп Сапожников. Такой оригинальной способ создания собственной микросреды в природе известен лишь для диатомовых водорослей Аральского моря, добавляют ученые.

Конечно, биоценозы Западного Арала устроены предельно просто. Но в то же время они прекрасно адаптированы к существующим условиям.

Социальная трагедия

Экологические катастрофы всегда связаны с катастрофами экономическими и социальными. Сейчас ситуация благополучна лишь на территории Казахстана, прилегающей к Малому Аралу. Здесь быстрыми темпами развивается рыболовство, работают рыбоперерабатывающие комбинаты.

Что касается Большого Арала, то людей там практически нет. Все населенные пункты, крупнейший из которых узбекский город Муйнак, оказались далеко от берега. Постоянный рост безработицы из-за того, что пришло в упадок сельское хозяйство и закрылись порты, высокие уровни заболеваемости населения и детской смертности – вот все, что осталось от некогда процветавших регионов.

Чтобы читать мой блог не обязательно заходить на сайт. Можно подписаться через RSS и читать либо в своем ридере, либо получать обновления на e-mail. Спасибо за визит!