Главная   Поиск   Архив   Подписка   Реклама   Контакты   Новости газеты     
Архив
№ 45(181)

23 - 29 ноября 2006


НОВОСТИ




Альберт СЁМИН: Зона национального бедствия

Последние 5 выпусков



Cпорт   
Cпорт»

"РОДНАЯ ГАЗЕТА" № 45(181), 23 ноября 2006 г., полоса 62

ДАРЬЯ СРЕБНИЦКАЯ

Пахомова заразила Горшкова фанатизмом

Фигурист был влюблен в наставницу – Елену Чайковскую, а женился на своей партнерше Миле

В этом году Александр Горшков отмечает сразу несколько знаменательных дат. Тридцать лет назад на Играх в Инсбруке супруги Людмила Пахомова и Александр Горшков стали первыми в истории танцев на льду олимпийскими чемпионами. 8 октября фигурист справил 60-летний юбилей, а 31 декабря столько же лет исполнилось бы и Пахомовой. Людмила Алексеевна скончалась в 1986 году от неизлечимой болезни.

ДАРИЛИ ЛАМПОЧКИ ОТ МАГНИТОФОНА

Время лечит. Горшков пережил тяжелое заболевание, смерть жены. Жизнь потихоньку наладилась. Выросла дочь Юля. Сегодня Горшков женат во второй раз. И по-прежнему занимается фигурным катанием. С 1999 года руководит техкомом по танцам Международного союза конькобежцев (ИСУ). А в эти дни выступит в качестве рефери на пятом этапе Гран-при – Кубке России в Москве. По словам Горшкова, ИСУ, он и его команда борются за чистоту судейства и делают все возможное, чтобы спортивный танец сохранил свой «характер», а не превратился в ледовое шоу.

– Александр Георгиевич, сколько лет вы отдали фигурному катанию?

Людмила Пахомова и Александр Горшков перевернули представление о танцах и ввели их в программу Олимпийских игр

– Страшно подумать – пятьдесят четыре! Впервые встал на коньки в шесть лет, когда пошел в школу. Там моя мама познакомилась с мамой моего одноклассника, которая слышала о наборе детей в школу фигурного катания в Сокольниках. Наши мамы взяли нас за руки и привели туда. За мной быстро закрепилось звание – неудачник, и через год меня перевели в группу для самых слабеньких. Но мама с таким положением дел не смирилась. И однажды привела меня на тренировку сильнейшей группы, а тренер был новенький, подзывает меня и спрашивает: «Где ты пропадал две недели? Болел? Марш на лед!» Так была решена моя участь. А Милу в семь лет бабушка привела на стадион Юных пионеров.

– Как сложилась ваша пара?

– Мила пригласила меня кататься с ней после того, как распался ее дуэт с Виктором Рыжкиным. Они тренировались в ЦСКА у Станислава Жука, я тоже тогда занимался в этом спортобществе. Признаться, я размышлял над предложением Пахомовой, думал, сумею ли ликвидировать ту пропасть, которая была между нами. Мила уже была чемпионкой страны, имела опыт выступлений на крупнейших турнирах, а я только начинал изучать танцы. Но Мила твердо решила, что мы будем чемпионами. В работе она была фанаткой, бросила все, обучала меня танцевальному мастерству. Мила была исключительно сильной личностью, заразившей своей силой, фанатизмом. И результаты не заставили себя долго ждать. Мы приступили к тренировкам в мае 1966 года под руководством Елены Чайковской, а уже в декабре приняли участие в своих дебютных международных соревнованиях.

– Говорят, вы были влюблены в Чайковскую.

– В Елену Анатольевну невозможно было не влюбиться. Она всегда была очень привлекательной женщиной, особенно в том возрасте, поэтому все ее ученики смотрели на нее «телячьими» глазами. А роман у меня был с Пахомовой. Мы поженились в 1970 году, после того как выиграли мировое первенство в Любляне и окончили институты: Мила – ГИТИС, балетмейстерский факультет, а я столичный инфизкульт. Это было пожелание Милы. Я хотел, чтобы мы оформили отношения раньше, но Мила заявила: «Распишемся только тогда, когда станем чемпионами мира». И выполнила обещание.

– Фигуристы по тем временам были состоятельными людьми?

– Конечно, мы не испытывали нужды, но по сравнению с нынешним поколением получали гроши. Это сейчас ИСУ выплачивает победителям чемпионата мира, например, в одиночном катании 50 тысяч долларов, а в наше время никаких денежных премий не было. Гонорары появились, по-моему, в середине 1980-х, и сперва суммы были незначительные – не более 500 швейцарских франков за показательное выступление. А нам дарили подарки, стоимость которых возрастала в зависимости от занятого места. Максимум это мог быть магнитофон. А дальше – лампочка от этого магнитофона и так далее.

В США С КИСЛОРОДНОЙ ПОДУШКОЙ

Эпоха Пахомовой и Горшкова началась в 1970–х. Правда, в результате интриг чемпионат Европы-72 в Гетеборге они проиграли своим друзьям из ФРГ Анжелике и Эрику Бук. Но на чемпионате мира в Калгари взяли реванш, и больше таких проколов не случалось. Судьи даже вынужденно занижали им оценки, чтобы создать видимость борьбы.

Людмила и Александр вдохнули в танцы тепло и добились того, что этот вид был включен в программу Олимпийских игр-1976. Они перевернули представление о танцах, до предела насытив их связками так, чтобы не было «пустот». А в своей знаменитой «Кумпарсите» использовали настоящие испанские движения, пожертвовав синхронностью катания. И это было новое слово.

Вдруг после чемпионата Европы 1975 года в Копенгагене Горшков почувствовал боль в лопатке. Думали – невралгия, однако в самолете ему стало совсем плохо. Как выяснилось, лопнули спайки между легким и аортой. Более того, из-за скопления крови в легком сердце переместилось вправо. Жизнь спортсмена висела на волоске. Его сразу решили оперировать. Свою кровь ему прямым переливанием отдала Чайковская – она, как и ее воспитанник, имела редкий отрицательный резус.

– До Олимпиады оставался год. Врачи предупредили: «После такой операции будешь ходить с авоськой за кефиром», – продолжает Горшков. – А Мила была спокойна. Уверяла, что через две недели мы будем стартовать на чемпионате мира в Колорадо- Спрингс. Когда я вышел на контрольный прокат, голова кружилась, но я все равно откатался. Медицинский консилиум, собравшийся прямо у бортика, вынес вердикт: перелет в США не противопоказан, а вопрос об участии должен быть решен на месте после акклиматизации.

Мы прилетели в Америку, однако выступить я не смог. На первой же минуте тренировки понял, что сейчас упаду в обморок – нечем было дышать. Хорошо, что за кулисами меня поддерживали кислородной подушкой. Дело в том, что ледовый дворец в Колорадо-Спрингс находится на высокогорье и давно пользуется у европейцев дурной репутацией. Помнится, на чемпионате мира-1969 и здоровые спортсмены теряли сознание от нехватки кислорода, не то что я – «доходяга».

А в показательных выступлениях мы участвовали. После поехали в турне по США. В это время в СССР прошли слухи, что Горшков умер при перелете в Штаты. И я был страшно удивлен, когда мне позвонил председатель Спорткомитета СССР Сергей Павлович Павлов и спросил, мол, ты жив?

БЕДА ПРИШЛА НЕОЖИДАННО

Они не хотели уходить после Олимпиады в Инсбруке. Но у Милы пропал запал, а без этого невозможно было ставить яркие программы и выигрывать. В определенный момент Чайковская скрепя сердце сказала Пахомовой: «Ты обязана уйти, потому что я не могу позволить, чтобы ты проиграла. Так что подумай об уходе».

Мила ответила: «Нет!» А осенью Пахомова и Горшков пришли к наставнице с шампанским и сообщили, что уходят. Торжественные проводы состоялись на популярном турнире на призы газеты «Московские новости».

– В 1977 году я получил должность гостренера в Спорткомитете. Милу пригласили тренировать в ЦСКА. Мы стали видеться гораздо реже – рабочие графики у нас не совпадали. Я клерк, у Милы – ежедневные двухразовые тренировки. Часто она возвращалась домой, когда я уже собирался спать, – вспоминает Горшков.

Беда пришла в конце 1979 года: у Людмилы возникли проблемы со здоровьем. Сначала решили, что это пневмония, а затем обнаружили лимфогранулематоз. Это неоперабельное заболевание, лечится лучевой и химиотерапией. Юля – дочь Пахомовой и Горшкова – была тогда совсем маленькой.

Пахомовой нельзя было ездить на юг – она ездила. Нельзя было выходить на лед – она выходила. Ничего не хотела менять в своей жизни. Не в ее характере было отступать. Она подготовила чемпионов мира среди юниоров Елену Батанову – Алексея Соловьева и бронзовых призеров чемпионатов Европы Наталью Анненко – Генриха Сретенского.

Рассказывает Юлия Горшкова, дочь фигуристов:

– Осенью 1985 года маму положили в больницу, а перед Новым годом выпустили. Видно, я раньше времени вернулась из школы. Мама сидела в кресле, а на ее голове не было волос – не успела надеть парик. Она сказала: «Сядь ко мне на колени». И расплакалась. Спрашиваю: «Почему ты плачешь?» Она: «От счастья, что вижу тебя». Я начала гладить ее по голове, приговаривая: «Мамочка, тебе и без волосиков очень хорошо». Она молча кивала, понимала, что я говорю так, чтобы утешить ее… Мамы не стало 17 мая 1986 года.

– Юля, вы живете отдельно от отца?

– Я уже 10 лет живу в Париже. Окончила там школу дизайна. Было очень трудно пробиться, сейчас намного проще и чувствуется свобода выбора. Только первый год все у меня складывается как надо. Я работаю стилистом и фотографом в американской компании «Вул Уорлдс Интернешэнл», а также сотрудничаю с Домами высокой моды. Наверное, в Москве мне было бы легче устроиться, папа помог бы. Но мне хотелось сделать что-то самой именно там, где меня никто не знает.

НАША СПРАВКА

Людмила Пахомова. Родилась 31 декабря 1946 г. в семье Героя Советского Союза, генерала авиации Алексея Пахомова. Скончалась 17 мая 1986 г.

Александр Горшков. Родился 8 октября 1946 г. В настоящее время начальник Управления международных связей ОКР, председатель техкома по танцам Международного союза конькобежцев (ИСУ).

Пахомова и Горшков выступали в танцах на льду. Олимпийские чемпионы (1976). Чемпионы мира (1970–1974, 1976 гг.), чемпионы Европы (1970–1971, 1973–1976 гг.). Награждены орденом «Знак Почета». Тренер Елена Чайковская. Дочь Юля.

КСТАТИ

Второй женой Александра Горшкова стала переводчица Ирина. Юля долго ревновала отца к новой супруге и жила с бабушкой по материнской линии Людмилой Ивановной. Когда Юля подросла, то с Ириной помирилась. Сейчас они лучшие подруги. В прекрасных отношениях Юлия с сыном Иры от первого брака Станиславом. Он всего на год младше своей сводной сестры и уже женат.



К списку статей этого раздела...  Назад
e-mail: mail@rodgaz.ru

© Родная газета, 2003—2011
Создание сайта  Omnicom
Rambler's Top100