В последние дни Россия столк­нулась с сильным давлением из-за границы: Европарламент и лидеры ряда стран призывают Россию разрешить пропаганду гомосексуализма среди детей и подрост­ков. Но почему?

Да потому, что люди состоявшиеся и определившиеся со своей сексуальной ориентацией им неинтересны.

Среднестатистического мужчину средних лет, которому нравятся женщины, от одной мысли о «голубой» любви воротит. В его голове даже не укладывается, почему гей-символика связана с радугой. С «голубым» сексом ассоциируется совсем другая цветовая гамма - коричневая. 

У нас мало кто верит, что из ребёнка можно вырастить гея, - нам долго промывали мозги рассказами о том, что это состояние врождённое. А псевдоэксперты настойчиво убеждали, что сексуальную ориентацию пропаганда и спецвоспитание не изменят.

Но на самом деле история опровергает исключительно врождённую природу гомосексуализма. Например, в Древней Греции однополая любовь становилась чуть ли не повсеместной и даже престижной. Чтобы занять приличное место в обществе, даже самые отъявленные древнегреческие натуралы были вынуждены практиковать гомосексуальные отношения. Мужчины, превозмогая отвращение, «любили» мальчиков, потому что так тогда предписывали общественные нравы. Во многих племенах Океании распространены гомосексуальные ритуалы, во время которых старшие «делятся» мужественностью с юношами, делая из них «настоящих мужчин». Дикость - не правда ли?

Но, отталкиваясь от подобных моделей сексуального поведения, современные «инженеры человеческих душ» весьма успешно конструируют общество нового типа на Западе. Они исходят из аксиомы: если в истории человечества что-то уже было, это можно повторить снова, какими бы дикими такие нравы ни казались на первый взгляд.

Почему же всё-таки можно превратить нормального ребёнка в гея? В 1948 г. основатель современной сексологии Альфред Кинси предложил рассматривать склонность людей к гетеро- и гомосексуальности в виде шкалы, на одном полюсе которой располагается большинство - непреклонные сторонники традиционного секса, которых практически невозможно сподвигнуть к однополой любви. На противоположном конце - те, кто никогда и ни при каких условиях не клюнет на женщину (по сути, только такой гомосексуализм можно считать врождённым, и лечить его практически бесполезно). А вот между этими полюсами немалое количество людей, которые и находятся на прицеле гей-пропаганды. За их тела и души и идёт сегодня война.

Если их «обрабатывать» с дет­ства - особым образом «просвещать» в детском саду и в школе, заставлять мальчиков изображать девочек и, наоборот, создавать приторно-толерантную среду, водить на выступления звёзд, пропагандирующих нетрадиционную любовь, и на шоу трансвеститов - то есть делать всё то, что так популярно сегодня в мире, - это принесёт свои плоды.

Как в том же Таиланде, где молодые мужчины в массовом порядке меняют свой пол, превращаясь в «ледибоев». Нужно ли нам это? Может, лучше сейчас защитить наших детей и сохранить сексуальный суверенитет страны?

Кстати

То, что навязывают в мире, давно стало нормой в тюрьмах.

За решёткой однополый секс может быть не просто удовлетворением накопившейся похоти, но и способом наказания
и даже низвержения жертвы к основанию социальной пирамиды. Недаром большинст­во наших сограждан без перевода понимают негативный смысл сленговых терминов «опущенный» или «петух».
О том, как строятся интимные отношения в местах лишения свободы, нам рассказал Александр С., более 5 лет отбывавший наказание в тюрьмах и колониях.     

«Давно известно, что людей, не вернувших карточный долг,
ворующих у своих или иначе серьёзно нарушивших правила тюремного быта, «опускают» или «наказывают членом», совершая с ними половой акт, - объяснил наш собеседник. - В неволе есть и «вольные педерасты» - те, кто выбрал свою ориентацию ещё на свободе. Такие «черти» живут обособленно, нередко под нарами. Обычные зэки не должны вступать с ними в контакт, дотрагиваться до них открытыми частями тела, не могут ничего у них брать,
есть с «дуньками» за одним столом. Даже бить их можно лишь обутыми ногами или посторонними предметами. «Долбёжка» (интимные отношения) между «петухами» обычно происходит за занавеской, загораживающей парашу, или в укромных местах бараков. Публично живут с любовниками только «сладкие» гомики,
о сексуальных предпочтениях которых было извест­но ранее. Так, экс-мэр одного из российских городов Максим К., укравший и державший в заточении любовника, или бывший хозяин сети магазинов косметики Владимир Н. сидели на общем режиме и не имели проблем, поскольку «грели» (получали передачи, которые делились на всех, и оказывали помощь администрации, что позволяло смягчать режим содержания) тюрьму.

Однако сидеть в камере, где содержатся такие персонажи, для многих «западло». Ведь педераст на зоне - «неприкасаемое» лицо, отторгаемое социумом. Педика, по большому счёту, даже не признают за человека, отказывая в обычных «людских» правах. Что касается ритуала «опускания», то сейчас он проводится и без процесса соития. Ведь так следователи воздействовали на обвиняемых, запугивая их камерами, где в случае отказа от дачи показаний им могут «порвать очко».

Получается, что даже тюрьма «выдавливает» из своих стен этот способ воздействия, а истинных «голубых» задвигает подальше от людских глаз. А что же на воле? Совершенно наоборот!
Этот способ удовлетворения похоти принимается и навязывается. Но ведь в обществе анальным сексом никто не запугивает... Зачем же нам тогда это?

Читайте в соцсетях!