История русской литературы

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
1000 Kirill i Mefody.jpg

Исто́рия ру́сской литерату́ры — история развития литературы на русском языке. Русская литература существовала ещё до XI века и может быть отнесена к средневековой литературе[1].

История русской литературы изучена без внимания к молекулярным изменениям в обществе; учёта роста классового сознания различных слоёв населения; правильного понимания международных отношений. Вместо этого исследования проводятся вокруг деятелей, а не историко-литературном процессе. Исследователи пытаются осмыслить всё творчество, например, Пушкина или Грибоедова в связи с движением декабристов, притом декабристов правого крыла[2].

Древнерусская литература[править | править вики-текст]

Черты древнерусской литературы[править | править вики-текст]

Gertrudov.jpg
Blagoveshensky kоndokar.jpg
Galitskoe Gospel.jpg

Историзм — привязанность произведения к определённой вехе в истории или историческому деятелю[3].

Гражданственность — восприятие писателя своего труда как служение своей стране. Произведение отличается серьёзностью и пытается ответить на основные вопросы жизни, зовут к её преобразованию и обладает разнообразным, но всегда высоким идеалом[3].

Критика действительности — обличение поступков или самих правителей. В XI веке летописец Никон вынужден бежать от гнева Изяслава в Тмуторокань; некий Василий в начале XII века составляет обличительную повесть об ослеплении князьми Василька Теребовльского[3].

Патриотизм — отображение литературы патриотических чувств автора. Эта черта связана не только с гордостью за Русскую землю, но и со скорбью по поражениям, стремлением вразумить князей и бояр[3].

Собрания[править | править вики-текст]

По состоянию на начало XIX века древнерусская литература исследована слабо, несмотря на то, что исследовались они крупнейшими представителями академической науки. Многие памятники не изданы. Не закончено издание «Великих Четьи-Миней», не издан «Еллинский и Римский летописец», научно не издан «Пролог», большинство сборников устойчивого состава и некоторые летописи. Только частично напечатаны произведения Симеона Полоцкого; нет научных изданий многих знаменитых памятников древнерусской литературы[4].

Отдельные рукописные собрания памятников не достаточно или вовсе не описаны. Крупнейшие литературные собрания и произведения хранятся в Москве, Санкт-Петербурге, Киеве; менее крупные имеются в Новосибирске, Пскове, Ярославле, Владимире, Ростове, Костроме. В небольших количествах встречаются в краеведческих музеях, научных библиотеках университетов, архивах, у коллекционеров и старообрядцев[4].

Наиболее распространённые тип рукописей — сборники. Писец переписывает произведения по какому-то признаку в тетрадь. Но бывало и так, что переплетчик собирал имевшиеся тетради и переплетал только потому, что они являлись одного формата или объединялись по содержанию. Такие сборники принято называть конволютами[4].

Различаются и сборники определённого (традиционного) содержания, как например «Златоструй», «Измарагд», «Торжественник» и так далее; и сборники неопределённого содержания, отражающие индивидуальные вкусы и интересы того или иного писца или заказчика[4].

Крупные по масштабам произведения (летописные своды, сочинения по всемирной истории, патерики, сочинения церковно-служебного характера, прологи — сборники кратких житий святых и т. д.) переплетались в отдельные книги[4].

Чувство авторской собственности не было развитым и потому понравившиеся произведения по мере переписывания могли включить в состав других произведений. Это переписывание роднит фольклор и литературные произведения[4].

До XI века[править | править вики-текст]

Древнерусская литература принадлежит к средневековой литературе. Большая часть произведений не имела постоянного текста[3].

Произведения не стремятся поразить новизной, а напротив, успокаивают привычностью. Творя автор, словно, «совершает обряд»: рассказывает всё в подобающих церемониальных формах. Он восхваляет и порицает то, что принято восхвалять и порицать[3].

XI—XII века[править | править вики-текст]

Это век формирования монументально-исторического стиля литературы. Развитие происходит в двух культурных центрах: Киеве и Новгороде. Литература того времени полностью рукописна. Создаются первые житие: «Житие Бориса и Глеба» и «Повесть временных лет» (первый дошедший до нас памятник летописания)[4].

XIII век[править | править вики-текст]

Появляются слова и поучения дидактического типа в поучении к духовному чаду, где автором является Григорий Философ, так же известный как «Георгия черноризца Зарубскыя пещеры». Так же появляются риторика в словах, например, в «Слово святых апостол, иже от Адама во аде к Лазарю»[5].

В киевской письменности появляется новый жанр «проложные статьи», где описывается жития князей, они отличаются насыщенным фактическим материалом; продолжают развитие летописно-агиографические статьи. Создаётся книга-сборник Пролог. Создан Киево–Печерский патерик, который напомнил русским о былой мощи Киевского государства и нес идею единства Русской земли[6].

XIV—XV век[править | править вики-текст]

Начинают преобладать исторический жанр, где отражается борьба феодального прошлого с объединением Руси. В летописях превозносится Москва как центр объединения. И осуждается политика князей разрушающих единство. В то же время Новгородские летописные своды выражают антимосковские настроения, однако история Великого Новгорода связывается с судьбой всего русского народа и эти веяния пропадают. В процессе сложения единодержавной власти, появляется элементы романской литературной культуры, несмотря на то, что русская литература ещё не вступила в общение с западной[7].

Куликовская битва описана в нескольких памятниках, но лучшей повестью, как утверждает И. П. Еремин, считается Задонщина. Былин о Мамаевом побоище не сохранилось, но их существование подтверждает исследования сказания о Мамаевом побоище[7].

Зарождается устная поэзия былинного характера (например, отрывки фольклорной повести о погибели от татар на Калке «великих и храбрых богатырей»). Кроме того появляется новый риторический стиль внесённый исихастами[7].

Эпос пополняет новыми собственными именами: Куликово поле (эпическое название любого поля битвы или казни) и Мамай (любой бусурманский царь). В народной памяти сохраняется не только факт победы, но и её цена: «Пусто, как Мамай прошел». Появляются, хоть и слабые, описания характеристик персонажей в «притчи о кралех». Появляется жанр притч[7].

Так же свою роль в развитии русского исторического повествования сыграли переведённые византийские хроники Иоанна Зонары и Константина Манассии. На злободневный вопрос о роли царских советников даёт повесть о Стефаните и Ихнилате[7].

Переводится «Похвала к богу». Создаётся «Сводный патерик». Становится популярной апокрифическая литература. На основании апокрифов у южных славян (вероятно, в Болгарии) появляется индекс ложных книг. Чуть позже появляется список книг «истинных» т. е. рекомендуемых к прочтению, который в окончательном варианте был опубликован в Кирилловской книге[7].

Монголо-татарское иго[править | править вики-текст]

Татаро–монгольское иго раскололо Русь на восточную и западную, что нравственно подавило население, которое утратило часть русского национального наследия. Дополнял картину и факт перехода некоторых татар к русским и принятие ими христианства. Пока Литовская Русь загораживала Москву от нападок запада, народное чувство укрепилось в противопоставление святой Руси поганому востоку. В культурном одиночество это чувство переросло в крайнее самомнение и начало уже крайне враждебно относиться не только к востоку, но и к западу (хотя последний ненавидили, может быть и больше, т. к. основное чувство дополнялось внушенной греками ненависти к латинству)[8].

Создаются «Слово о погибели Русской земли», «Слово о полку Игореве», «Поучение к попам» и «Правило» митрополита Кирилла II, «Слово некоего христолюбца и ревнителя по правой вере»[9]. «Беседа о святынях Царьграда», «Сказание о Мамаевом побоище», «Задонщина»[8].

Архиепоскоп Новгородский святой Василий написал тверскому епискому Феодору, который учил свою паству, что рай, где жил Адам, более не существует, а есть только рай мысленный. Василий же опроверг его указания на сказания о рае на востоке и приводит рассказ «своих детей новгородцев», которые видели ад «на дышущем море» и рай за горой, где «написан был де Иисус лазарем чудным». Но рассказ этот — легенда[8].

XVI век[править | править вики-текст]

Централизация государства сосредотачивает на себе все духовные силы народа и тем самым нарушает «нормальное» развитие литературы. Также заторможено «Возрождение». Начинает развиваться публицистика, внимание читателей и писателей занимает политика государства и преобразования общества. Наступает пора «второго монументализма», где доминируют традиционные формы литературы, подавляющие индивидуальное начало. Также развивается беллетристичность[3].

XVII век[править | править вики-текст]

Век перехода к индивидуальному началу в литературе. Развиваются вкусы, стили, писательский профессионализм и чувства авторской собственности, индивидуального и личностного протеста (связанного с трагическими поворотами в биографии писателя). Также появляется силлабическая система стихосложения и регулярный театр[3].

XVIII век[править | править вики-текст]

М. В. Ломоносов, по мнению В. Г. Белинского и А. С. Пушкина, является «отцом и Петром Великим» русской литературы. Он вёл работу над созданием русского национального литературного языка, открывая новую страницу в истории русской литературы[10]. Писатель стремился освободить культуру от влияния церкви. Ломоносов открыл богатство живого русского языка, показал, что без него не разовьется культура народа, стал первым русским поэтом, который выразил идею русского национального самосознания: гражданственность, оптимизм, интерес к историческому прошлому и дальнейшей судьбе России.

Ломоносов стремился сделать русский язык языком философии, литературы и науки. Пушкин считает, что Ломоносов спас русский язык от чуждых влияний и указал единственно правильный путь для его развития — путь сближения народного и литературного языка[11].

Реформы в стихосложении[править | править вики-текст]

Ломоносов в числе лучших учеников Славяно-греко-латинской академии отправляется в Германию на обучение. В это же время В. К. Тредиаковский приступает к изучению «нового и кратного способа к сложению российских стихов», именно он первым задаётся целью создания стиха соответствующего строю русского языка, отказывается от силлабического строя; указывает, что «поэзия нашего простого народа довела» его до мысли, что русскому языку свойственно силлабо-тоническое стихосложение, опирающееся на одинаковое число ударений в каждом стихе, на чередование ударных и безударных слогов, а не силлабическое, основанное на количестве слогов в строке.

Ломоносов доводит эту идею до конца и пишет «Письмо о правилах Российского стихотворства», где доказал (в теории и отрывками собственных произведений), что русский язык даёт возможность писать не только хореем и ямбом, как утверждал Тредиаковский, но и анапестом, и сочетанием ямбов с анапестами, и хореем с дактилями, что можно применять рифмы и мужские, и женские и чередовать их. Ломоносов считал, что силлабо-тоническое стихосложение следует распространять на стихи любой длины — восьмисложные, шестисложные, четырёхсложные, а не только на одиннадцати- и тринадцатисложные, как это делал Тредиаковский[10].

Ломоносов считал главным условием русской национальной поэзии — то, что «российские стихи надлежит сочинять по природному нашего языка свойству; а того, что ему весьма несвойственно, из других языков не вносить»[10].

«Предисловие о пользе книг церковных в российском языке», где объясняется его теория «трёх штилей» и рассказывается о том, что «российский язык от владения Владимирова до нынешнего веку, больше семисот лет, не столько отменился, чтобы старого разуметь не можно было». «Он определил закономерности в образовании новой стилистической системы русского литературного языка, систематизируя фонетические, грамматические и лексико-фразеологические различия между стилями», — пишет В. П. Вомперский.

Оценки современников[править | править вики-текст]

Не все современники смогли положительно оценить новшества Ломоносова, например, Сумароков резко критиковал его по причине симпатии к чистоте и ясности стиля, что было характерно для классицизма[10].

XIX век[править | править вики-текст]

Развитие литературы периода 1789—1827 гг. ещё нельзя признать осмысленным. К тому же сосредоточение внимания на личности писателя привело дореволюционную науку к странным выводам, которые перешли и в современную науку: говоря о крушении классицизма, она не могла назвать его победителя . Факты и настроения нового порядка регистрировались без осмысления или игнорировались[12].

В первой четверти века открывается целый ряд высших учебных заведений в крупнейших центрах России: университеты, институты, училища, лицеи (среди них Царскосельский лицей). Александр I совершает попытку введения общего образования назвав проект «об уничтожении делания фальшивых ассигнаций»[12].

Нельзя механически перенести традиционную схему: от классицизма через сентиментализм и романтизм к реализму на русскую почву в связи с своеобразием русского исторического процесса и его литературного выражения, причём сущность и пределы этого своеобразия не могли ещё быть ясны людям этой эпохи. Этот переход в России происходит за несколько десятилетий[12].

Н. М. Карамзин в своём творчестве отражает всю сложность и противоречивость его эпохи. Он работает над «Историей государства Российского»[12].

Россия для европейцев становится объектом внимательного наблюдения и изучения. Ломоносов и Радищев остаются неизвестными западу, но литераторы XIX века, напротив, их произведения переводят и читают, авторов считают носителями такого же круга идей, что и у них[12].

Помня Пугачевщину, Екатерина II сурово расправилась с Радищевым, вычеркнув его и последователей из истории политической и литературной деятельности. Павел I считал «мерзкими сочинениями, коих развращение умов есть цель» катахезис «Права человека» и следил за тем, чтоб перевод книги не пришёл со стороны Франции. В то же время генерал-прокурор П. В. Лопухин ждет этих книг от Берлина и даёт указ «смотреть наиприлежнейшим образом, дабы не были впущены книги на российском языке в Берлине печатаемые под названием „Les droits de l’homme“, „Catéchisme révolutionnaire et jacobin“»[12].

Многих волновал крестьянский вопрос, он находил, хотя слабое, выражение в печати. В. Г. Анастасевич опубликовал перевод «Об условия помещиков с крестьянами» В. С. Стройнозского. Эта же мысль прослеживается у последователей Радищева, объединённых в Вольное сообщество любитилей словесности, наук и художеств: «Опыт о просвещении относительно к России», «Негр» и т. д. Этот вопрос противопоставлялся в правительственных кругах вопросом о невыгодности для государства крепостных в рамках капитализма, например, в книгах Адама Смита. Его ученик С. Е. Десницкий продолжил пропаганду этих идей[12].

Большой вклад в литературу внесла война 1812 года. Это действие ярко показал в своей национальной эпопее Лев Толстой[12].

Русская национальная литература развивалась на базе роста национального сознания. Усиливается общественная значимость литературы, усиливается движение к народности. Отход верхушки от русского языка и её литературы освобождает её от влияний на наименее близкой к народу среды. Но с другой стороны это презрение верхушки создавало атмосферу клеветы, ненависти для таких высоких поэтов как Пушкин, Глинка и другие. С другой стороны в науку и литературу широким потоком вливаются представители демократических слоёв населения[12].

С ростом просвещения отмирает культурно-исторические условия существования и развития литературы, придававшие ранее классовую и сословную ограниченность. Духовенство окончательно уходит из литературы. Более его произведения не воспринимаются как художественная литература. Появляются фамильные одописцы: Сазанивич, Евреияов и другие. Только эти оды пишутся не на русском. Это семейная литература, а не народная[12].

А. И. Тургенев утверждает, что громадное число князей не могут и двух строк связать на русском. Они пишут свои произведения на французском и других иностранных языках. Например, первые поэтические опыты А. С. Пушкина были написаны на французском языке[12].

На новой психологической основе появляются и новые классические традиции. Декабрист Якушин, чьи любимые авторы: Плутарх, Тит Ливий, Цицерон — превозносит мудрость Солона, готов взять в руки «кинжал Брута», поразивший «тирана»[12].

На кануне 14 декабря 1825 года принято считать, что все авторы были и выражались так или иначе в рамках идей декабристов. В среде декабристов широко развита западная литература. Их социально-политические воззрения декабристов складывались под влиянием чтения книг Бенжамена Констана госпожи Сталь, Детю де Траси, Адама Смита и других. После разгрома декабристов их идеи остались жить в литературе[12].

Появляется «Руслан и Людмила», который воспринимается как быстрый рост и расцвет литературы. Внимательно изучается мельчайший литературный документ того времени, — но более ранней эпохе отводится гораздо меньшее внимание. Основное внимание было приковано к движению декабристов, а XVIII век рассматривается в качестве противопоставления царствования российских императоров к либерализму начала XIX века[12].

XX век[править | править вики-текст]

Alexander Blok.jpeg


XX век в литературе начинается с 1881 года — года смерти Достоевского и убийства Александра II. С середины XX века принято считать, что литературный XX век начался в 90-е года XIX столетия[13].

А. П. Чехов считается фигурой переходной, которая принадлежит к обоим векам. Благодаря нему эпические жанры: роман, повесть; и рассказ — стали разграничиваться. Считался реформатором драматургии и театра[13].

Появляется идеологически новая советская литература, якобы возникшая сразу после революции 1917 года. Идеологические догмы рухнули. Из-за политики единая национальная литература делится на три ветви: советскую, «задержанную» (внутри страны) и литературу русского зарубежья[13].

Льготами политиков пользовалась «пролетарская» поэзия, её лицо определяли лучшие поэты «серебряного века»: А. Блок, Н. Гумилев, А. Ахматова и другие[13].

Троцкий отмечал, что «литература после Октября хотела притвориться, что ничего особенного не произошло и что это вообще её не касается. Но как-то вышло так, что Октябрь принялся хозяйничать в литературе, сортировать и тасовать ее, — и вовсе не только в административном, а ещё в каком-то более глубоком смысле». А. Блок не только принял революцию, хоть и понял её по-своему: «Двенадцать», «Скифы», статьей «Интеллигенция и Революция»[13].

Таким образом, литература с конца 1917 г. (первые «ласточки» — «Ешь ананасы, рябчиков жуй, / день твой последний приходит, буржуй» и «Наш марш» Маяковского) до начала 20-х годов представляет собой небольшой, но очень важный переходный период. С точки зрения собственно литературной, как правильно отмечала эмигрантская критика, это было прямое продолжение литературы предреволюционной. Но в ней вызревали качественно новые признаки; раскол на три ветви литературы произошёл в начале 20-х[13].

В. Полонский считает, что рубежом был 1921 год, когда появились «Красная новь» и «Печать и Революция». Но в начале 20-х беднеют ряды литераторов: 21 — умирает Блок и Н. Гумилев. Высылаются из страны цвет её интеллигенции. Если в 21-м году открывались всяческие журналы, то на следующий же год большинство из них закрывается[13].

Примечания[править | править вики-текст]

  1. А. С. Орлов. Общая характеристика [русской литературы XI — начала XIII века // История русской литературы: В 10 т.]. М. АН СССР (1941—1956). — «Достаточно сказать, что в 40-х годах XI в. Киевская Русь обладала такими собственными произведениями, как Древнейший летописный свод»  Проверено 19 августа 2013.
  2. Десницкий В. А. V. Литература первой половины XIX века. // Социально-политические и культурно-исторические предпосылки развития русской литературы в конце XVIII и начале XIX века = История русской литературы: В 10 т.. — АН СССР. — М. Л., 1941—1956.
  3. 1 2 3 4 5 6 7 8 Введение. Проверено 30 июля 2013.
  4. 1 2 3 4 5 6 7 История русской литературы X — XVII вв.. Проверено 6 августа 2013.
  5. Журналистика начала XIX века. Проверено 9 августа 2013.
  6. Жития. Проверено 9 августа 2013.
  7. 1 2 3 4 5 6 Орлов А. С. Введение: [Литература времени объединения северо-восточной Руси (1380-е—1460-е гг.) // История русской литературы: В 10 т. / АН СССР. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1941—1956.].
  8. 1 2 3 История русской литературы (до XVII века). Проверено 19 августа 2013.
  9. Слово некоего христолюбца и ревнителя по правой вере. Проверено 25 июля 2013.
  10. 1 2 3 4 Ломоносов. Проверено 25 июля 2013.
  11. Могучий русским духом. Проверено 25 июля 2013.
  12. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 В. А. Десницкий. Социально-политические и культурно-исторические предпосылки развития русской литературы в конце XVIII и начале XIX века = История русской литературы: В 10 т.. — М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1941—1956.
  13. 1 2 3 4 5 6 7 История русской литературы XX века (20-90-е годы). Основные имена. Под редакцией Кормилова С. И.. Проверено 17 августа 2013.

Литература[править | править вики-текст]

  • Н. Пруцков. Древнерусская литература. Литература XVIII века. — 1980. — (История русской литературы в 4-х томах).
  • Н. Пруцков. От сентиментализма к романтизму и реализму. — 1981. — (История русской литературы в 4-х томах).
  • Н. Пруцков. Расцвет реализма. — 1982. — (История русской литературы в 4-х томах).
  • Н. Пруцков. Литература конца XIX – начала XX века. — 1982. — (История русской литературы в 4-х томах).
  • В. Н. Щепкин. Русская палеография. — М., 1967.
  • Д. С. Лихачев. Текстология: краткий очерк. — М.: Наука, 2006. — ISBN 5-02-035670-0.
  • Д. С. Лихачев. Текстология. — СПб., 2001.

Ссылки[править | править вики-текст]