ЛЮБВИ И ВЕСНЕ ДОРОГУ!
С ПРАЗДНИКОМ, ДОРОГИЕ ЖЕНЩИНЫ!

  День 8 Марта возвращается во многие страны мира. Буквально на днях он завоевал себе место под горячим южным солнцем в Грузии. Наверное, недалеко то время, когда и в Канаде все, как мы, которые привезли этот праздник с собой, будут поздравлять друг друга с чудесным мартовским днем и дарить любимым женщинам цветы...


Марк Виницкий

БАЛЛАДА О ЛЮБВИ И ЯБЛОКАХ

   Любовь, как сказал поэт, «движет Солнце и светила». Eще она способствует прогрессу человечества и смягчает нравы самых отъявленных Карабасов-Барабасов и Соловьев-Разбойников. Во имя любви мужчины и женщины совершают поступки, о которых потом учат в школе последующие поколения. Одну такую историю мы хотим преподнести нашим читателям сегодня. Она связана со знаменитым канадским символом. Миллионы людей во всем мире знают его, что называется, назубок, но мало кто сможет припомнить удивительные обстоятельства, приведшие к его появлению. Речь пойдет о канадском яблоке «Макинтош».
   Наверное, не было бы никакой истории, если бы Джон МакИнтош не влюбился. Как говорится в старинной балладе:
      «Двое возлюбленных на склоне холма
      Сидели погожим днем,
      Наговориться никак не могли,
      Хоть и были весь день вдвоем».

   На дворе стоял 1796 год. Нравы были простыми и суровыми. Джон надумал жениться. Папаша не одобрил. То ли девушка не понравилась, то ли старый МакИнтош считал, что на своей ферме он сам решает, кому из детей пора обзаводиться семьей. 19-летний Джон взбунтовался. Молодые решили убежать в Канаду и там стать мужем и женой.
      «Там дикие птицы поют на ветвях,
      И олень бежит по холмам,
      Но хлеба нет и похлебки нет,
      И кормиться нам нечем там».

   Долина Мохок, штат Нью-Йорк, где жило семейство МакИнтош, была вполне обжитым «цивилизованным» местом, не то, что дикая Канада. Правда, времена были смутные. Американские колонии воевали за независимость. Бывшие соседи по долине разделились на патриотов (сторонников независимости) и лоялистов (приверженцев власти английского короля). Противоборствующие стороны пускали друг другу «красного петуха», устраивали налеты и засады. Лоялисты бежали в Канаду под защиту Великобритании.
   Вот к такому каравану беглецов и пристал Джон МакИнтош. Его девушка уехала раньше с другой группой.
      «И все же тебя я там буду ждать,
      Что скудна еда - не беда,
      И жалким трусом тебя назову,
      Если ты не придешь туда».

   К несчастью, Джону больше не довелось увидеть свою любовь. Его избранница умерла от внезапной болезни, и все, что оставалось Джону, когда он, наконец, добрался до условленного места встречи, это рыдать на ее могиле.
      «Печален дом, враждебен мир,
      И навсегда ушел покой,
      Устало к своему концу
      Он шел, охваченный тоской».

   Чем занимался Джон следующие пять лет, нам неизвестно. Говорят, он ушел в глухие канадские леса и жил там отшельником. В 1811 году он обосновался в месте, которое сегодня называется Дандела, недалеко от реки Св. Лаврентия. Джон женился на женщине по имени Ханна Доран и принялся благоустраивать свой участок.
   Однажды он расчищал землю для огорода и наткнулся на странную компанию молодых побегов, притаившуюся среди буйных зарослей. МакИнтош решил, что это яблоневые сеянцы. Откуда в глухом, безлюдном краю появились яблони, Джон не знал. Скорее всего, здесь когда-то проходили люди. Сделали привал, достали из котомок еду, в том числе яблоки. Кушали, плевали косточки на землю. Затем эти косточки проросли, подверглись естественному перекрестному опылению. Не могут сказать ничего определенного по поводу «родителей» знаменитого канадского яблока ученые и сегодня.
   В начале 1800-х годов в США и Канаде яблоки ценились очень высоко. Совсем как соль. Их пекли, варили, сушили, заготавливали на зиму, выжимали из них сок и готовили сидр и уксус, делали яблочное масло. В США в период освоения Запада жил знаменитый Джонни Чепмен, которого называли Джонни Яблочное Зернышко. Он собирал зерна и сеял их на фронтире, чтобы на новых землях выросли яблоневые сады. Затем Чепмен отдавал саженцы поселенцам. В штате Огайо, например, власти признавали право вновь прибывших на участок земли, если они вырастили на ней не менее 50 яблонь.
   Яблоки кормили фермеров целый год, и Джон МакИнтош надеялся, что его находка существенно поправит положение семьи. Он перенес ростки ближе к дому и принялся ухаживать за ними. Несмотря на его усилия, все деревца погибли, кроме одного. Оно окрепло, а когда пришло время, дало невиданные в здешних краях плоды. Яблоки были красно-зелеными, c плотной кожурой и сочной, сладкой мякотью. Джон назвал их «Granny» (Бабушка) в честь жены Ханны.
   О яблоне Джона соседи говорили как о чуде. Сам Джон понимал, что чудо может кончиться в любой момент, если дерево одолеют болезни или заедят насекомые-вредители. Эта мысль не давала ему покоя. Он неоднократно сеял зернышки плодов своей яблони в надежде варастить такое же дерево, но попытки были безуспешными. Конечно, во времена МакИнтоша ничего не знали о генетике и о том, что любая удачная комбинация признаков растения почти наверняка будет нарушена, так как семена образуются в результате полового размножения, а оно связано с рекомбинацией генов.

***
   Сбережение яблони стало для Джона своеобразным делом жизни. Друзья и соседи с удовольствием кушали «Бабушкины» яблоки и сочувствовали. Никто не мог подсказать фермеру, как воспроизвести знаменитое дерево. Говорят, «яблоко от яблони недалеко падает» - сын Джона Аллен (девятый ребенок в семье, в которой было тринадцать детей) принял активное участие в разрешении проблемы. Аллен был личностью незаурядной. В Данделе его знали как лекаря и проповедника, часто приглашали выступать на молитвенных собраниях. На одной из таких встреч, в 1835 году, зашел разговор о яблонях, и кто-то сказал, что в округе появились янки, которые умеют выращивать хорошие деревья. Аллен отыскал такого человека и нанял его на ферму. Этот безымянный работник показал Джону и Аллену приемы вегетативного размножения – черенками и прививками почек на другие деревья. Яблоня была спасена.
   Аллен решил, что об их замечательной яблоне должны узнать все. Он начал продавать саженцы не только соседям, но и фермерам в отдаленных поселениях, где бывал на молитвенных собраниях. Кроме того, он учил всех желаюших прививать деревья, чтобы можно было выращивать яблони самим.
   В 1845 году Джон МакИнтош заболел. Чувствуя приближающийся конец, он поручил заботам Aллена хозяйство и cамое главное - яблоню. В следующем году Джона не стало.
   Аллен поставил дело на коммерческую основу. Он завел питомник, cтал производить саженцы и яблоки на продажу не только в Канаде, но и в США. В 1870-е яблоки получили официальное признание и имя «Макинтош». В 1894 году на ферме случился страшный пожар. Пламя с дома перекинулось на яблоню. Аллен дом не спас - «родовое гнездо» сгорело дотла. Зато он отстоял отцовское дерево. Оно обуглилась на половину. Аллен выходил яблоню, и уцелевшая часть продолжала плодоносить. Дерево пережило хозяина. Аллен умер в 1899 году, a дерево - в 1906-м.
   Сегодня место, где некогда стояла ферма Джона, заросло дикими травами. Исчезли с лица Земли все участники этой истории. Но каждый год в Северной Америке цветут и плодоносят более трех миллионов «Макинтошей». Жизнь наливного яблочка из Онтарио продолжается...