РАКЕТНЫЙ ЗУБР

Автор: Владимир ПЛАТОНОВ (Днепропетровск)

Штрихи к портрету выдающегося ракетостроителя А.М.Макарова

В ручая награду старей-

шему токарю-новатору завода «Красный флот» Максиму Ильичу Макарову, М.И.Калинин заметил, что знатный мастер в такой торжественный час выглядит совсем не празднично: вид - подавленный, настроение - удрученное.

- Вам плохо? - спросил Калинин.

- Беда, Михаил Иванович, беда... Сына посадили...

Калинин внимательно посмотрел на мастера, шепнул: «Задержитесь».

- Значит так, - начал Макаров, когда они остались вдвоем. - Сын пришел в Доно-Кубанское пароходство мальчонкой. Среди речников и вырос. Закончил рабфак, потом РИИПС - Ростовский институт инженеров путей сообщения. Работал в Ростове, затем перевели в Белоруссию - директором номерного завода. В тридцать девятом нарком Лихачев уговорил сына принять завод автонормалей в Горьком. «Красная Этна» называется. И этот завод вытащил из прорыва. Я надеялся - сына отметят, может, наградят, а его посадили как вредителя. Какой же он вредитель? - не мог успокоиться мастер. - Зачем вредить стране, которая дала ему образование, сделала известным директором? Что-то тут не так... Помогите спасти сына. Я писал Лихачеву. Теперь одна надежда на вас, Михаил Иванович!

- Изложите все письменно, - предложил «всесоюзный староста». - Заявление оставьте в приемной. Спокойно езжайте домой. С честью носите заслуженную награду, - Калинин одобряюще подмигнул. Крепко пожал руку, спросил: «Сына как звать?»

- Шура, - ответил мастер и, спохватившись, что он не дома, а в Кремле, уточнил, - Александр Максимович Макаров.

В первых числах января сорок первого в пригород Ростова Нахичевань пришел большой конверт со штампом приемной Председателя Президиума Верховного Совета СССР. Все поняли - от самого Калинина!

Максим Ильич дрожащими руками вскрыл конверт. В глаза бросилась последняя фраза: «...Приговор окончательный и обжалованию не подлежит». Рухнула последняя надежда...

В лагере под Воркутой рядом с Макаровым отбывали сроки тысячи «вредителей», «заговорщиков», «врагов народа», среди которых были старые большевики и герои гражданской войны, видные военачальники и известные ученые, герои Испании и Халхин-Гола, артисты и писатели, священнослужители и такие же, как и Макаров, красные директора - тысячи ни в чем неповинных людей.

В начале войны Макарова вместе с другими заключенными перебросили из Воркуты в лагеря Мончегорска. В ноябре сорок первого, когда линия фронта подошла к Москве, Макарова неожиданно досрочно освободили из заключения и вызвали в наркомат.

Н есмотря на позднее

время, наркомат работал. Макаров попросил доложить о прибытии. Через несколько минут пришло разрешение: «Вас ждет нарком». Акопов, увидев Макарова, искренне обрадовался: «Наконец-то! Волновался, не случилось ли чего. Присаживайся, - радушно сказал нарком. - Сейчас чай будет. Понимаю, тебе надо отдохнуть, отойти, но отдыхать некогда. Обстановка критическая: наш наркомат остался в Москве один - все эвакуировались. Живем прямо здесь, в кабинетах и коридорах. Тебе тоже койка найдется. Завтра примешь дела - назначаю тебя старшим ведущих инженеров».

Акопов, отхлебнув кипятка, продолжал: «Понимаю, больше всего тебя интересует судьба семьи. Я пытался узнать, эвакуировалась ли жена с детьми, но ничего не удалось - под Ростовом такая «каша»...

- Степан Акопович! Вы сказали «жена с детьми» - я правильно понял? - спросил Макаров.

- С сыном и дочкой! - ответил нарком, и тут до него дошел смысл вопроса. Он крепко выругался: «Какие подонки! Сволочи!.. Не сообщить о рождении дочери... Ведь лично просил... Мерзавцы!..»

Акопов увидел, как Макаров украдкой смахнул слезу.

- Успокойся, Александр Максимович! Семью разыщем. Иди отдохни...

Потянулись загруженные до предела дни, точнее - дни и ночи. По складу характера Макаров не был кабинетным работником, и когда нарком в феврале сорок второго предложил ехать в далекий Казахстан - сразу же согласился.

- Пойми, дорогой, - нервничал Акопов, - есть решение ГКО, есть приказ наркомата: технику эвакуировали, специалистов направили, время идет, а завод не работает... Преступление! Вот тебе мандат директора, подписанный ГКО. Принимай любые меры, но фронт должен получать двигатели!

- Степан Акопович, разрешите вопрос, - смутился Макаров. - Поехать - поеду, но директором... Накануне суда меня исключили из партии. Как объясню народу?..

- Ничего никому объяснять не надо, - отчеканил нарком. - Я договорился в ЦК - в обкоме тебе выдадут новый партбилет. В графе «Последнее место работы» пиши: «Спецкомандировка». Желаю удачи!

В Петропавловске Макарова без промедления принял первый секретарь Северо-Казахстанского обкома И.Николаев. Тут же вызвал своего помощника: «Это новый директор завода малолитражных двигателей. Прибыл из Москвы. Закажите полушубок, меховую шапку, ватные брюки, валенки. Все - срочно! - отчеканил секретарь обкома и, повернувшись к Макарову, предложил: «Теперь - к делу. В городе нет машин. Оборудование перевозить нечем. Что будем делать?»

- Нужны стальные листы и веревки, - Макаров выжидающе посмотрел на Николаева.

Через несколько дней горожане увидели необычную картину: люди, точно бурлаки с картины Репина, тащили по снегу на стальных листах станки и оборудование.

Вечером в кабинете секретаря обкома Макаров доложил, что первые восемь станков доставлены к строящимся цехам. «Знаю, - ответил Николаев. - Только зачем вам лично тащить технику? Вы же - директор!»

- По-другому нельзя. Ничего бы не получилось.

С легкой руки Макарова все завертелось, закружилось, пришло в действие. Вырастали из камыша и глины стены цехов, прямо в недостроенных помещениях устанавливались станки. Постепенно завод приобретал производственный вид. Рос и коллектив завода. 10 сентября 1942 года собрали первые десять малолитражных двигателей. К концу года изготовили 250. В следующем, 1943 году темп выпуска двигателей увеличился в десять раз.

Позвонил нарком, поздравил с трудовой победой. Сообщил, что завод представлен к награждению Красным Знаменем ГКО, наиболее отличившиеся - к орденам и медалям. «Тебя, Александр Максимович, - подчеркнул Акопов, - я лично представил к ордену Трудового Красного Знамени. А теперь срочно выезжай в Ирбит Свердловской области. Я вылетаю завтра. Там встретимся и поговорим. Готовься принимать Ирбитский мотоциклетный завод. Вопрос согласован с ГКО. До встречи!»

Назначение А.М.Макарова директором нового завода опять «совпало» с задачей резкого расширения производства, значительного увеличения выпуска мотоциклов для фронта. Любопытно: дом директору поставили прямо на территории завода - жить и работать приходилось по законам военного времени. Здесь, в Ирбите, Макаров впервые за последние годы почувствовал тепло семейного очага: из освобожденного Ростова приехала жена с детьми. Сын вырос, дочь долго называла отца дядей...

Возглавив Ирбитский мотоциклетный, Макаров столкнулся с привычной обстановкой: срывалось строительство корпусов, барахлили моторы, лопались рамы... В сумасшедшей гонке за планом, чтобы сохранить силы людей, Макаров занялся еще и организацией подсобного хозяйства. Не испугался: принял на работу «раскулаченного» полтавского мужика, сосланного в эти «не столь отдаленные края». Этот человек оказался отличным хозяином: круглый год к скудным фронтовым пайкам заводчане из подсобного хозяйства стали получать мясо, картошку, капусту, лук, огурцы и даже помидоры, которые дозревали в валенках и уж совсем были в диковинку для Ирбита. Эта забота, эти бесценные «допкалории» помогали выжить, выполнять непомерные планы и еще выдавать сверхплановую продукцию. Документы свидетельствуют: за годы войны Ирбитский мотоциклетный завод дал фронту десять тысяч мотоциклов М-72!

П ришел день Победы.

Подписывая приказ о переводе А.М.Макарова из Ирбита в Днепропетровск, министр среднего машиностроения СССР С.А.Акопов был немногословным: «Понимаешь, строим гигант индустрии, а темпы - че-ре-па-шьи... Кстати, ты Власова помнишь?»

- Константина Васильевича! - обрадовался Макаров. - Кто же не знает главного инженера ГАЗа!

- Теперь Власов директор автозавода в Днепропетровске. Между прочим, это он уговорил вытащить тебя из Сибири. Будете работать вместе. Только учтите: помогать будем, но и спрашивать - по-особому.

Шел 1948 год. К.В.Власов назначил А.М.Макарова на самый трудный участок - директором завода вспомогательного оборудования. Названный вспомогательным, завод в годы строительства головного предприятия был основной производственной базой. Увеличились масштабы строительства автозавода, увеличились и нагрузки на вспомогательный завод. Не выдержав напряжения, вспомогательный начал срывать поставки металлоконструкций и оборудования.

Основательно разобравшись в причинах срыва поставок, Макаров предупредил директора головного завода, что делать план любой ценой не собирается, что какое-то время все будет по-прежнему, то есть - плана не будет.

- Спасибо, обрадовал, - ответил Власов. И после некоторого раздумья добавил: - Ладно, потерплю полгода.

Автозавод строился и одновременно начал выпускать серийную продукцию: автокраны, прицепы, самосвалы, грузовики ДАЗ-150 «Украинец»... До ввода в действие первой очереди украинского автогиганта оставались считанные месяцы, как на завод «высадился» «устиновский десант». Вместо грузовиков, самосвалов, плавающих автомобилей-амфибий начали подготовку к серийному выпуску первых отечественных баллистических ракет, «автомобилей вертикального взлета»...

Судьба Макарова повисла на волоске: мощная служба режима начала основательную чистку автозаводцев, освобождаясь от ненадежных лиц и специалистов с темным прошлым. Макаров имел судимость - этого было вполне достаточно, чтобы не допускать к секретному производству.

По обстоятельствам, известным лишь Богу и чекистам, Александра Макарова признали благонадежным, допустили к секретам, и он стал ракетчиком, повторив путь С.П.Королева, В.П.Глушко, Н.С.Шнякина и других, также отсидевших срок «за вредительство»... Теперь их свело одно дело - предстояло в чрезвычайно сжатые сроки организовать серийное производство ракет Р-1 и Р-2.

Н ачалась вто-

рая половина трудовой деятельности А.М.Макарова - ему исполнилось сорок пять: позади остались годы становления, подъемов и спусков, годы неимоверного напряжения и побед, а новое дело виделось, как в тумане.

В ракетную технику А.М.Макаров пришел вовремя - не раньше и не позже: все только начиналось. Он уже был признанным организатором производства, несомненно весьма одаренным инженером и до старости было еще далеко. Одним словом, был тем, кто и требовался. Такие люди, как Макаров, обладают уникальной способностью: знают ЧТО делать и КАК делать.

Техника, которую предстояло осваивать - прототипы немецких трофейных ракет ФАУ-2, - была несовершенной, а технология их серийного призводства и вовсе не отработанной. Срывались планы, срывались сроки, меняли главных специалистов, а ракеты продолжали «болеть», «капризничать» и не желали, чтобы их штамповали, как штампуют ложки или кастрюли.

В этом круговороте технических и организационных проблем больше всего доставалось главным специалистам, начальнику центрального производства Александру Макарову, начальникам цехов: известно, кто «тянет», тому и достается. Справедливости ради отметим: требовали по высшему счету, но и помощь была основательной. Сам «ракетный» министр Д.Ф.Устинов со своим аппаратом по пять-шесть месяцев безвыездно работал на заводе. Становлению серийного производства помогала вся тогдашняя ракетная рать: С.А.Афанасьев, С.И.Ветошкин, Л.А.Гришин, И.Г.Зубович, М.И.Неделин, Г.Н.Пашков, К.Н.Руднев, В.М.Рябиков. Перечислить всех ведущих специалистов и главных конструкторов трудно - в те годы первый в стране серийный ракетный завод напоминал гигантский улей, куда слетались все ракетчики.

К февралю 1954 года сформировалось основное ядро ведущих специалистов во главе с директором завода Л.В.Смирновым, главным инженером А.М.Макаровым, главным технологом Н.Д.Хохловым, начальником центрального производства Л.Л.Ягджиевым, главным конструктором В.С.Будником.

Именно в тот момент прогремел гром среди ясного неба - конструкторы серийного (!) завода во главе с В.С.Будником предложили проект своей собственной ракеты, более эффективной, чем ракеты С.П.Королева. Ситуация осложнялась тем, что заводу предписывалось в кратчайшие сроки освоить серийный выпуск новой ракеты Р-5 С.П.Королева - первой отечественной ракеты с ядерным зарядом. Естественно, руководству было не до новых идей и проектов своих конструкторов...

В апреле 1954 года образовалось Особое конструкторское бюро № 586 (ОКБ-586) и, когда его возглавил М.К.Янгель, заводу пришлось заниматься и серийным выпуском ракеты Р-5, и освоением новой собственной ракеты Р-12. Так продолжалось до 1958 года. После завершения испытаний стало ясно: первая днепровская ракета Р-12 по всем основным характеристикам значительно превосходит королевскую Р-5, и завод перешел на выпуск только янгелевских ракет. На их базе были сформированы первые части Ракетных войск стратегического назначения.

Первые разработки КБ Янгеля стали новаторскими не только в отечественном, но и в мировом ракетостроении. Конструкторы и заводчане на этом не остановились: сделали революционный шаг и в организации изготовления новых ракетных комплексов.

«Дело в том, что в то время любое ОКБ считало обязательным иметь в своем составе экспериментальное производство, - отмечал главный конструктор М.К.Янгель, - так развиваться намечали и мы. Стремительные темпы развития ракетно-космической техники подсказали лучшее решение: передать экспериментальное производство заводу. Кое в чем потом, да иногда и сейчас, мы терпим ущерб, но в общем-то, с государственных позиций, безусловно, выиграли».

«Мы организовали дело так, - комментирует А.М.Макаров, главный инженер завода (февраль 1954 г. - март 1961 г.), - что все экспериментальные агрегаты, узлы, детали изготовлялись непосредственно в цехах завода. В итоге, когда отработка завершена, завод готов чуть ли не на следующий день приступить к серийному выпуску».

В результате совместных усилий (по инициативе

А.М.Макарова, Л.В.Смирнова, М.К.Янгеля) изготовление ракетных комплексов на заводе велось самым дешевым и коротким способом, завод стал не просто головным изготовителем серийных изделий, а соавтором новых разработок.

Конструкторы и заводчане вместе проводили дни и ночи напролет в цехах завода, на испытательных стендах и полигонах, вместе экспериментировали, дорабатывали, улучшали каждый агрегат, каждый узел, и каждая новая ракета днепровцев становилась событием, достижением ракетной науки и техники.

Общее дело, общие цели сблизили главного конструктора М.К.Янгеля и директора завода А.М.Макарова, переросли в личную дружбу, которую иначе как подарком судьбы назвать нельзя. Плоды этой дружбы стали большой удачей и для КБ, и для завода, и всего отечественного ракетостроения - Днепровский ракетно-космический центр создал богатейший и эффективнейший, с оборонной точки зрения, арсенал стратегических ракет и космических аппаратов. Днепропетровск, известный как город чугуна и стали, стал и крупнейшим ракетно-космическим центром страны.

Особо плодотворными в жизни КБ и завода оказались шестидесятые годы, когда были созданы уникальные ракетные комплексы, обеспечившие стратегический паритет с Америкой, когда была заложена база для всех последующих разработок, вершиной которых стали ракетные шедевры SS-18 и SS-24.

Ракетные комплексы

70-х и 80-х годов стали классикой боевого ракетостроения, мировое признание получили космические носители «Циклон-3» и новые космические аппараты серии «Космос», «Интеркосмос», «Океан», «Ореол», «АУОС». Начались испытания экологически чистого космического носителя «Зенит», одного из лучших носителей в мире по конструктивному и технологическому совершенству, с полностью автоматизированным процессом подготовки и проведения пуска.

За выдающийся вклад в создание ракетно-космической техники генеральный директор Южмаша А.М.Макаров и генеральный конструктор КБ «Южное» В.Ф.Уткин одним указом были награждены вторыми золотыми звездами Героев труда. Их тесное, плодотворное сотрудничество на высоких постах продолжалось более 15 лет.

Ч етверть века Алек-

сандр Максимович Макаров возглавлял Южмаш (март 1961 г. - ноябрь 1986 г.) и в восемьдесят лет ушел на пенсию. Без скидок на возраст, он был летающим, ездящим и постоянно действующим директором. Причем, и в шестьдесят, и в семьдесят, и в восемьдесят он не чинно разъезжал по заводу, а ходил пешком, посещая все без исключения цеха и производства. Чтобы представить масштабы Южмаша, приведем лишь две цифры: производственные и инженерные корпуса, испытательные стенды ракетного гиганта раскинулись на территории 740 гектаров, а общая площадь зданий и сооружений превышает 1 миллион 100 тысяч квадратных метров! Не завод - целое государство!

Заводчане Макарова уважительно называли «дедом». Но это такой «дед», предупреждали, который и сам не спит, и другим спать не дает!

В поле зрения директора были не только завод и КБ, он постоянно летал к смежникам, на космодромы, в воинские части. Поддерживал тесную связь с учеными, и прежде всего с Б.Е.Патоном, М.В.Келдышем, Ю.Б.Харитоном, Н.А.Пилюгиным, В.Г.Сергеевым, М.И.Дуплищевым, - неудивительно, что Южмаш стал центром внедрения достижений ученых, полигоном отработки новаторских идей.

На Южмаше, как на гигантском оселке, оттачивалось мастерство многих специалистов, ставших известными всей стране. Л.Д.Кучма избран Президентом Украины, Л.В.Смирнов работал председателем Государственного комитета по оборонной технике, заместителем Председателя Совета Министров СССР. На крупнейшие, союзного и республиканского масштаба посты были выдвинуты Б.А.Комиссаров, Н.Д.Хохлов, Г.Ф.Туманов, В.Д.Крючков, В.А.Андреев. В настоящее время Южмаш возглавляет Ю.С.Алексеев, КБ «Южное» имени М.К.Янгеля - С.Н.Конюхов.

Выйдя на пенсию, за 64 года трудовой деятельности (!) А.М.Макаров впервые получил возможность от души порыбачить, почитать книги, посидеть у телевизора, поразмышлять о жизни...

Т ридцать пять лет он

жил ракетами, выпускал самое мощное в мире оружие. Одна половина человечества называла его директором «Фабрики страха», вторая - довольствовалась легендой, прославляя

А.М.Макарова как директора Южмаша, выпускающего лучшие в стране тракторы. Действительно, южмашевские тракторы были лучшими в стране, экспортировались в сорок стран мира - при

А.М.Макарове их выпустили полтора миллиона! Гордиться, действительно, было чем: и тракторами, и крупнейшим в городе жилым фондом, и великолепными здравницами, и лучшим в отрасли подсобным хозяйством, и спортивными базами, и футбольной командой Южмаша «Днепр», которая при А.М.Макарове впервые стала чемпионом СССР! За особые заслуги перед городом А.М.Макаров одним из первых был удостоен звания «Почетный гражданин Днепропетровска».

Мало кто из директоров заводов не только Украины, но и СНГ может похвалиться такими достижениями. Но все это - надводная часть айсберга, малая толика правды. А правда такова - ракетное производство Южмаша составляло более 80% от выпускаемой продукции. Это был гигант, влиявший на ход многих мировых событий.

Ныне Южмаш - не тот, которым руководил А.М.Макаров, и продукция завода не та, что выпускалась ранее: троллейбусы, ветроагрегаты, слитки золота, космические аппараты серии «Січ»... Правда, сохранено производство «Циклонов», «Зенитов», тракторов. Южмаш производит все, кроме боевых ракет. Теперь их свозят на завод: Южмаш совместно с КБ «Южное» приступил к нейтрализации и демонтажу боевых ракетных комплексов.

Перемены обнадеживающие, но Макаров, чей блистательный ум сохранил свою свежесть и в девяносто лет, недоволен: «Луч света в нашем тоннеле появится, когда осознаем: уничтожать ракеты - не лучшее решение. Мы не настолько богаты, позволяя себе роскошь тратить деньги, энергию, силы на уничтожение того, что было создано. Надо искать выход из этого тупика. Выход есть! В шестидесятых мы доработали и превратили нашу первую боевую ракету в носитель «Космос», он вывел на орбиты целую серию отечественных и зарубежных аппаратов. И последующие боевые комплексы превратили в космические носители - «Циклоны» летают до сих пор! Верю, суперракеты SS-18 и SS-24 продолжат эту традицию! Будем надеяться на здравый смысл, все так и будет», - сказал на прощание Александр Максимович.