/ Книга фанфиков / Фэндомы / Фильмы и сериалы / Тор / Thor (2011) /  
 

Государь, брат мой…

Автор: Almirena

Фэндом: Тор / Thor (2011)
Персонажи: Тор/Локи и другие

Рейтинг: R
Жанры: Гет, Слэш (яой), Ангст, Драма, Философия
Предупреждения: Инцест, ОМП, ОЖП
Размер: Мини, 9 страниц
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Понравилось читателям:
+26
 
Описание:
Тор и Локи вместе правят Асгардом

Публикация на других ресурсах:
С разрешения автора
8


Размер шрифта: 80% 100% 130% 150%
Ширина текстового блока:
Если встретите грамматическую или стилистическую ошибку в тексте, пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
Локи сидел, прислонившись спиной к стволу древнего дуба, под сенью которого укрылись от полуденного солнца они с Рагнаром. Воин расстелил на пожухлой траве свой голубой, расшитый золотом, плащ, и Локи с удовольствием вытянул на нем длинные ноги в охотничьих сапогах, давая отдых мышцам, напряженным от многочасовой скачки. Рагнар привычно уложил свою голову к нему на колени, и Локи перебирал в руках длинные светлые пряди, пропуская их сквозь пальцы.
Они нарочно отстали от охотников, чтобы побыть наедине. Локи наслаждался теплым осенним днем, свежим ветерком, приятно обдувающим грудь в раскрытом вороте рубахи, и присутствием Рагнара, к которому уже привык, и с которым, как он понимал, в скором времени придется расстаться. Рядом с плащом, что служил им подстилкой, лежали седельные сумки со съестными припасами. Есть Локи и Рагнару не хотелось, а вот вина они выпили с охотой. И возможно под влиянием винных паров Локи вздумалось спросить:
- Ты любишь меня, Рагнар?
- Да, государь, - отозвался воин.
Локи склонился и чмокнул его в макушку, заметив, что от этого Рагнар улыбнулся.
«Лжешь, мерзавец, - подумал Локи и улыбнулся Рагнару в ответ. – Ты любишь не меня. Ты любишь мои подарки, любишь свое положение доверенного лица и преимущества, которые оно тебе дает. Вот это ты любишь, а вовсе не меня. И те, кто был до тебя, любили то же самое. Все вы одинаковы. – Локи попытался припомнить имена своих прежних любовников, но не смог. Кроме того единственного имени, которое как раз и хотел забыть. А оно вставало огненными буквами перед внутренним взором, стоило лишь закрыть глаза. Как после взгляда на солнце. – Какая разница как их звали, - подумал Локи, - Гаральд, Олаф, Магнус, Тор. Тор. Вот! – Локи закрыл глаза, и темнота тут же полыхнула огнем. – Тор. «Государь, брат мой…» - Локи криво усмехнулся, вспомнив это обращение. Так начинались все до единого их с Тором послания друг другу. Потому что других писем, кроме официальных, они никогда не писали.
- Нам нужно нагнать остальных. Собирайся. – Приказал Локи.
Рагнар с явной неохотой поднялся, собрал сумки и фляги с вином, и привязал их к своему седлу. Отряхнул от налипшей травы и листьев и аккуратно свернул свой роскошный плащ – подарок Локи. А тот тем временем приводил себя в порядок – пригладил волосы, завязал ворот рубахи, застегнул короткую охотничью куртку. Не разумно было появляться перед свитой в таком расхристанном виде.
Локи с сожалением смотрел на залитые солнцем холмы – он был бы не против провести здесь целый день. Но увы – это было невозможно. Надо было возвращаться в столицу, к делам и обязанностям. В последний раз оглядевшись, он пошел к своему коню и, игнорируя подставленный Рагнаром локоть, ловко вскочил в седло.
- Не отставай! – крикнул он с коротким смешком, пуская коня в галоп.
Рагнар устремился вслед.


- Говорят, ты очень близок с одним воином из дворцовой охраны, - начала атаку на сына Фригг.
Локи, лениво отщипывавший виноградинки из кисти, лежащей на блюде, чуть не раздавил одну. Но выдержка ему не изменила.
- Говорят правду, мама.
- Говорят так же, что он проводит ночи у тебя в опочивальне.
Локи закипел изнутри, но внешне остался спокоен. Снова все то же – слухи, сплетни. И наверняка этот дурак, Рагнар, сам наболтал свои приятелям, напившись хмельной браги.
- И это правда, мама. Рагнар мой личный телохранитель. Естественно, что он спит рядом со мной.
По правде говоря, слово «рядом» было абсолютно лишним в этой фразе, и Локи знал, что им не удастся обмануть мать. Но необходимо было соблюсти приличия.
- Естественно, сын мой, - согласно кивнула Фригг.
Локи начал злиться по-настоящему.
- Что еще говорят, мама? – спросил он, скривив губы в улыбке.
- Еще говорят, что твой новый любимец очень красив.
Локи признал, что выбирать нужные слова мать умеет не хуже него. «Твой новый любимец» - этим Фригг сказала все, что хотела. «Мягко стелет, жестко спать» - вспомнил пословицу Локи. Она в точности описывала материнскую манеру вести дела. В том числе и с сыновьями.
- Мне трудно судить, - снова улыбнулся Локи. – Проверь сама, правда ли это. Он хлопнул в ладоши и громко крикнул: - Рагнар!
Воин появился на зов. Поклонился Локи и Фригг. Локи дал ему какое-то пустячное поручение и отослал, и как только дверь за ним закрылась, спросил у матери, пытаясь не допустить в голос ни тени сарказма:
- Что скажешь, мама? Так ли красив Рагнар, как о том говорят?
Фригг улыбнулась – своей чудной мягкой улыбкой, которая тут же сгладила все острые углы их разговора – и вместо ответа на вопрос сказала:
- Хотя бы одному из вас придется жениться. Асгарду нужен наследник.
Локи не сразу понял, о чем она говорит, – какое отношение его телохранитель имел к наследнику трона – а когда понял, его прошиб холодный пот. Фригг говорила о них с Тором. Неужели она знала? Этого он боялся больше даже, чем гнева Всеотца. И от страха он не счел нужным сдерживаться:
- Твой старший сын непременно женится. Рано или поздно. А бабкой ты, поверь мне, стала уже не раз. Тор наводнил все девять миров ублюдочными полубожками.
Эти слова были злыми и подлыми, и Локи сразу полегчало, как будто он выплюнул травивший его изнутри яд.
- Ты не должен так говорить о брате, Локи, - по имени Фригг называла сыновей только в особых случаях, нынешний, видимо, сочтя именно таким. – Ему приходится нелегко. – Подумав, она добавила: - Вдали от дома.
«А мне, мама?! Ты думаешь, мне легко?! - хотелось крикнуть Локи. – Мне легко только потому, что я сижу в Асгарде, в то время как Тора носит неизвестно где? Он сам выбрал себе такую долю. Он делает то, что любит и умеет лучше всего – он воюет». Но Локи знал, что не только из любви к воинской жизни Тор стремился как можно реже бывать в столице. Он убегал от брата – и это с горем пополам ему удавалось. Он убегал и от себя – но безуспешно.
- Тор скоро вернется, мама. И ты сможешь поговорить с ним о женитьбе. – Локи решил закончить столь неприятный ему разговор.
Видя, что сын намерен уйти, Фригг притянула его к себе и поцеловала в лоб.
- Будь осторожен, Локи. Не давай повода для сплетен.
- Да, мама, - кротко ответил правитель Асгарда и вышел из покоев государыни в коридор, в котором его уже дожидался Рагнар.


Локи работал на износ, мог не спать много ночей подряд, занимаясь делами – он не доверял советникам и секретарям Всеотца, да и был один умнее их всех вместе взятых.
«Вы оба достойны трона» - сказал Один и тем решил участь Асгарда. Он заранее короновал сыновей, зная наперед, что скоро придет время сна, пребывать в котором он мог столетиями. И с того утра, когда Всеотец не поднялся, по обыкновению, со своего ложа, править Асгардом стали Тор и Локи. Разделение обязанностей напрашивалось само собой – Тор воевал, Локи управлял страной. Братья не виделись годами, отправляя друг другу длинные официальные послания, неизменно начинающиеся словами «государь, брат мой». Заканчивались годы и войны и начинались новые. Время от времени Тор все же возвращался в столицу. И тогда золотой город праздновал: для победителя устраивали триумф, пиры и охоты. Жители Асгарда в кои-то веки могли видеть обоих государей вместе. Братья пили, ели, охотились, танцевали и улыбались – друг другу и всем вокруг. А потом Тор уезжал на очередную войну, растрепанные флаги и пожухлые гирлянды цветов еще продолжали висеть на площадях и в зданиях, жители уныло приступали к своим повседневным делам, а Локи ходил злющий, как цепной пес, с осунувшимся от недосыпа лицом, проклиная брата, себя и все на свете.
В какой-то момент, устав от одиночества, он заводил интрижку. На пару месяцев – не больше. Потом избавлялся от наскучившего любовника и с удвоенным рвением брался за государственные дела. Все в Асгарде знали, что дворец попеременно похож то на монастырь, то на казармы – это зависело от того, намерен был государь работать или развлекаться. Почти ни для кого из придворных не было секретом, что развлекаться Локи предпочитал в компании красивых и сильных воинов. И из дворца слухи об этом расползались по столице.
Если устраивался какой-нибудь турнир, можно было с уверенностью говорить о том, что у государя новый фаворит. Сам Локи никогда не участвовал в состязаниях, но с удовольствием смотрел на них. Те, кто знал правителя подростком, диву давались – Локи все почитали книжным червем и, хотя никто не сомневался, что с помощью магии, которой он овладел в совершенстве, он одолеет любого воина, за ним никогда не замечали интереса к военным игрищам. Это было увлечением его старшего брата.
И вот что еще заметили внимательные люди – все, как один, любимцы Локи походили на его соправителя Тора. Но внимательные люди были одновременно и людьми умными, а потому ни с кем своими наблюдениями не делились.


Локи не удержался и провел ладонью по широкой спине лежащего рядом обнаженного воина. Рагнар спал чутко и от этого прикосновения проснулся и повернулся лицом к Локи. Тот с трудом сдержал разочарованный вздох – иллюзия пропала.
- Ты хотел бы стать моим соправителем? – внезапно спросил Локи.
Рагнар не сразу нашелся что ответить – некоторое время он с непониманием смотрел на господина.
«Идиот!» - Выругался про себя правитель Асгарда.
- Это невозможно, государь. Твой соправитель Тор.
- Не юли, а просто ответь на вопрос – хотел бы ты сидеть на троне рядом со мной?
- Если на то будет твоя воля, государь.
- Если будет на то моя воля…
Больше Локи ничего не говорил и не спрашивал, но снова заснуть Рагнар смог только перед рассветом. Локи же не уснул и тогда.
Он вспоминал, как несколько месяцев назад позвал к себе в покои воина, только что принятого в дворцовую охрану и сразу замеченного им. Он спросил воина, как его имя – тот назвался Рагнаром – и приказал остаться с ним до утра. Сын Одина, будучи и сам немалого роста, с восхищением смотрел на этого длинноволосого великана с короткой светлой бородкой и огромными ручищами, которыми, казалось, мог без усилия переломить тонкокостного Локи пополам.
С тех пор прошло полгода. Рагнар продержался очень долго по меркам Локи – всю весну и все лето. Из потребности ли государя в физической любви и неформальном общении или от того, что укрытая меховыми одеялами спина и спутавшиеся белокурые волосы напомнили того, другого, которого не хотелось вспоминать и невозможно было не вспомнить, того, кого он с нетерпением ждал годами, ждал каждый день и час, предвкушая встречу и строя планы на время пребывания брата здесь, в столице, – как он встретит его, победителя, как встанет с трона и обнимет, как они будут сидеть рядом за пиршественным столом, скакать рядом во время охоты и спать в одной постели ночью; и как он подсыплет Тору яда в кубок или задушит его подушкой во время сна, или всадит кинжал в спину. Планов было много, и все они скрашивали Локи время ожидания.
Тор вернется до наступления зимних холодов, а до тех пор нужно было избавиться от Рагнара. Локи давно продумал способ, позволяющий ему не замарать рук. Он окажет воину особую честь, послав его во главе посольства, которое повезет Тору очередное послание «государю, моему брату». Кроме того, его любимец будет выполнять и другую, тайную, миссию – он должен будет убить Тора. Разумеется, у него ничего не выйдет, потому что в послании (которые Локи всегда составлял и писал сам, не доверяя столь важного дела секретарям), он сообщит брату о покушении на него. Тор казнит Рагнара собственноручно – Локи был в этом уверен. И с удовольствием – потому что до него наверняка уже дошли слухи о последнем фаворите брата.
Локи довольно улыбнулся и кинул взгляд на спящего воина – скоро эта обманка, эта подделка исчезнет из его жизни. Он задул свечу. Теперь можно было спать.


Локи никогда не участвовал в турнирах, которые устраивал для своих любимцев, по одной простой причине – он боялся потерять лицо перед народом.
Ему нравилось сражаться с Рагнаром или другими воинами на мечах и копьях, но делал он это только в присутствии горстки приближенных – своей личной свиты, которая одновременно служила и его охраной. Этим молодым воинам, всем, как на подбор, рослым белокурым красавцам, он проигрывал в поединках часто, потому что не пользовался магией. В воинском искусстве Локи вершин не достиг: он был неплохим фехтовальщиком, но, главным образом, за счет своей быстроты и ловкости, и перед грубой физической силой, возведенной среди его окружения в ранг культа, всегда пасовал. Надо сказать, не без удовольствия. Но не меньшее удовольствие ему доставляло сознание того, что любого из этих громил он мог положить на лопатки, только лишь щелкнув пальцами, - не зря в юности Локи провел столько времени за книгами, изучая магическое искусство, - и все они знали об этом.
А вот против Тора Локи никогда не применял магию. Брату он уступал всегда, если только тот нарочно ему не поддавался, но Локи каждый раз замечал это, бесился и по целым дням не разговаривал с Тором, пока старший сын Одина сам не приходил просить прощения. Все это было очень давно, в те времена, когда правителями Асгарда они еще не были, а были просто братьями. И друзьями.
Иногда Локи скучал по Тору так сильно, что не мог удержаться и подглядывал за ним в волшебное зеркало, найденное когда-то в сокровищнице Всеотца. И тогда невыразимая тоска сменялась в его душе злой радостью – он видел бесконечные сражения, пожары, дым лагерных костров, трупы, кровь, слезы пленников, холодные реки и жаркие пустыни, он видел Тора Громовержца, и видел бесконечную вереницу женщин – женщин разных племен, но были они все, как одна, долговязые, худосочные, бледнокожие и с черными, как смоль, волосами.
За любовь Тора к таким «красавицам» над ним подсмеивалось все войско – за глаза, конечно, ибо никто не осмелился бы смеяться ему в лицо. Никто, кроме Фандрала, известного дамского угодника и болтуна. Этот постоянно и безнаказанно, на правах близкого друга, удивлялся тому, что, имея столь огромный выбор, – Тор ведь мог взять себе любую пленницу – государь всегда останавливал взгляд на тощих, с голодным взглядом, девицах. Страшилищах, на вкус асгардского повесы. Фандрал ехидничал, Вольстагг добродушно хохотал, Хогун едва заметно улыбался. А Сиф хмурилась. И Локи, видя это, хмурился тоже.
Он был рад, что четверо приятелей Тора неизменно сопровождали старшего брата в его походах. Между ними и Локи всегда была сильная неприязнь, с самого детства – они ведь выросли вместе. Сиф и троица воинов любили Тора и не любили Локи. И на то не было никакой объективной причины – просто антипатия, которую Локи вполне разделял. Они были слишком просты – любить так любить, ненавидеть так ненавидеть. И, как звери, чуяли чужака – Локи был совсем другим. Но другим был и Тор. Точнее, он стал другим со временем. Он тоже научился любить и ненавидеть разом.
Пряча зеркало в ларец, Локи думал о своих планах касательно Тора и Рагнара – может быть, стоит все переиграть, пока не поздно, и приказать Рагнару убить Сиф вместо Тора? Смерть гордой валькирии доставит Локи массу удовольствия, не говоря уже о пользе – дева давно была влюблена в старшего сына Одина и потому видела дальше своих приятелей. Она наверняка поняла, что стоит за всем этим.
Поразмыслив, Локи решил оставить все, как есть. Рагнар совершит покушение на Тора и будет казнен. И Локи убьет двух зайцев разом – избавится от надоевшего любовника и покажет брату, что заботится о его безопасности. Локи знал, что посланием с предупреждением не сможет обмануть Тора, он и не намеревался делать это. Братья видели друг друга насквозь, тем интереснее было играть в их вечную игру – кто кого уколет побольнее.


Вечером после триумфа, сидя рядом с Тором за пиршественным столом, Локи украдкой разглядывал брата, отмечая в нем перемены, произошедшие за то время, что они не виделись. Стоило признать – война была Тору к лицу. Но Локи знал по опыту предыдущих возвращений брата, что тот будет выглядеть все хуже с каждым днем пребывания в столице. Или, если выразиться точнее, пребывания рядом с ним, Локи. Как будто присутствие в непосредственной близости младшего брата вытягивало из Тора жизненную энергию. Уже сейчас, что-то рассказывающий матери старший сын Одина улыбался одними только губами, а в глазах радости не было. Фригг, ради такого случая оставившая свой пост у постели спящего супруга, была счастлива наконец увидеть блудного старшего сына. Она вся светилась, и Локи кольнула ревность. Он знал, что несправедлив к матери, что Фригг любит его не меньше, чем Тора, просто последнего она видит куда реже, но ничего не мог с собой поделать. И так было всегда – он завидовал брату и ревновал к нему родителей. Кто мог знать, откуда все это в нем? Откуда во всех них их чувства и мысли, их любовь и их ненависть, их злость, их подлость и их доброта? Локи бы многое отдал, чтобы узнать, ведь ни в одной самой древней и мудрой книге не нашел он ответа, который бы его удовлетворил.
Он отпил вина из богато украшенного кубка и, возвращая его на стол, зацепился взглядом за золотое кольцо на указательном пальце своей левой руки. Правитель Асгарда никогда не снимал его с тех пор, как снова надел после последней попытки избавиться от него. Простое кольцо без камней и орнамента, только на внутренней стороне гравировка – слово из нескольких древних рун. Никто не мог сказать Локи, что означает эта надпись, пока он сам не нашел случайно в одном редком старинном пергаменте ее перевод: «Навеки». Смысл он понял сразу. И понял, что кольцо было предназначено именно ему, потому и возвращалось к владельцу вновь и вновь, пройдя и огонь, и воду.
Когда-то давным-давно они с Тором купались в реке, и в зарослях речной травы брат нашел это самое кольцо. Он не пожелал оставить его себе, а подарил Локи. Случилось это до того, как они стали любовниками, или после, Локи не помнил. Он часто думал, было ли проклятое кольцо причиной их кровосмесительной связи, или просто его нечистая совесть пыталась свалить всю вину на безобидную золотую побрякушку. Так или иначе, это кольцо стало для них обручальным.
Рагнар в столицу не вернулся, как и следовало ожидать, и Локи с нетерпением ждал ночи, чтобы узнать у Тора подробности. И чтобы снова прикоснуться к нему, потому что за весь этот долгий день он только раз обнял брата – официальным объятием, как соправителя, встречая его возле трона.
Триумф прошел с большой пышностью, по главной улице золотого города маршировала победоносная армия, долго плелись подгоняемые воинами, закованные в кандалы, пленники, и ехали нагруженные трофеями повозки. Наемников, по совету Локи, Тор в столицу не привел, заплатив им долги и отпустив на все четыре стороны. Локи посчитал, что опасно допускать этот вооруженный сброд за городские стены – на богатство золотого города завистливо взирали во всех девяти мирах. И Тор согласился с братом – что бы между ними не происходило, ум Локи старший сын Одина всегда ценил по достоинству.
Там, на площади, глядя, как Тор поднимается по ступенькам к нему и к трону, Локи представлял себе, как бы это было, если бы брат вернулся на щите, а не со щитом. Если бы ему пришлось обнимать не горячее тело Тора, а его остывший труп. Если бы что-то пошло не так, и Рагнар выполнил поручение. Локи нравилось строить планы, но еще больше ему нравилось, что ни один обитатель девяти миров, включая Всеотца Одина, не мог с уверенностью сказать, исполнится ли самый продуманный на свете план или случится что-то, что тому помешает. Знали это только вещие норны, от того и имели такую власть надо всем и всеми.
Локи тоже не знал, что с ним будет, как и остальные, но в отличие от остальных он этого не боялся.


- Я скучал по тебе, брат.
- И потому подослал ко мне этого олуха?
Локи сидел на постели, наблюдая за тем, как Тор раздевается, снимая с себя пышный парадный наряд. Он долго возился с застежками, и Локи захотелось помочь, но он пересилил себя и не поднялся.
- Да. Я решил поторопить тебя таким образом. И сделать подарок тоже – тебе наверняка было приятно убить его своими руками.
- Ты прав, я получил удовольствие. Поверь мне, он долго мучался перед смертью.
- Я и не думал, что будет иначе. – Локи довольно улыбнулся.
- Ты легко мог ошибиться, брат. Поначалу я хотел отпустить его.
- Неужели пожалел?
- Представь себе. Бедный парень был виноват только в том, что обратил на себя твое внимание. Да и в этом не столько он, сколько я.
Улыбка Локи сменилась кривой усмешкой, и он спросил брата:
- И куда же делось твое милосердие?
- Я забыл о нем, когда увидел на его руке твое кольцо.
- Это была только копия, - Локи поднял левую руку тыльной стороной ладони к Тору и пошевелил пальцами, демонстрируя, что кольцо на месте.
- Да, но ведь это я узнал уже потом. Знаешь, я не смог снять кольцо с трупа, и мне пришлось отрубить ему палец. Только тогда я увидел, что внутри нет надписи.
- И в этот момент ты понял, какой ты дурак.
- Какой я дурак, я понял уже давно. И я прошу тебя, брат, впредь избавляйся от своих любовников сам. Я не хочу делать за тебя грязную работу.
- А я был бы непротив помогать тебе отделываться от твоих шлюх. Куда ты их деваешь, кстати?
- Даю им достаточно денег, чтобы они могли выйти замуж, и отпускаю.
- Вот как. Добрый Тор. Щедрый Тор.
Локи смотрел на уже полностью раздетого брата, и внутри него свивалось тугой спиралью желание.
- Чего ждешь, брат? Хочешь, чтобы я тебя раздел?
Тор, не дожидаясь ответа, опрокинул Локи на постель и стал сдирать с него одежду, царапая пальцы о жесткие золотые нити вышивки. Локи не сопротивлялся. Его захлестнула горячая волна удовольствия. Как ему не хватало этого – Тора, его злости и его грубой силы. Ни один из тех, с кем Локи делил ложе, не был таким. Они просто не осмеливались, а просить сам Локи ни за что не хотел. Тора же он мог просить и приказывать ему с одинаковым успехом – они были равны, как братья и как государи.
Задыхаясь под навалившимся на него Тором, Локи был абсолютно счастлив, но позже, когда все закончилось, не мог в очередной раз не подумать, что все это гадко, мерзко и вдобавок несправедливо – таким злым и грубым Тор становился только с ним, и было так не всегда. Когда-то Тор был заботливым старшим братом. Но Локи вспоминал то время, как полузабытый сон, ибо тогда еще не было влечения между ними, не было густо замешанной на презрении к самим себе и ненависти друг к другу совсем не братской любви, да Локи и не готов был променять их нынешнюю жизнь на прежнюю, какой бы спокойной и умиротворенной она не была. И опять он задавался своим вечным вопросом: откуда это взялось? Откуда в них, двух родных братьях, такие противоестественные желания и чувства? Мог ли знать об этом Один, их отец? Знала ли, или хотя бы догадывалась мать? Локи подумал об их с Фригг разговоре, в котором она сказала о необходимости женитьбы. И вспомнил, что сегодня на пиру мать усадила рядом с собой Сиф, а потом увела ее в свои покои. Локи это насторожило, но потом он позабыл об этом, занятый мыслями о брате.
Локи приподнялся на локте, и провел рукой по широкой спине Тора, размазывая пальцами капельки пота. Тор повернулся к нему.
- Что тебе сказала мать? – поинтересовался Локи.
Тор ответил не сразу. Какое-то время он просто смотрел на брата.
- Она сказала, что хотя бы один из нас должен жениться, потому что Асгарду нужен наследник. Сказала, что с тобой она уже говорила.
- Это правда, - кивнул Локи, - у нас был такой разговор. Что ты ответил Фригг?
- Что женюсь, если таково ее желание.
Локи выдохнул. А чего он, собственно, ждал? Ответ Тора мог быть только таким. Он ведь сам говорил об этом матери.
- Но я поставил одно условие, - неожиданно добавил Тор.
- Какое? – спросил Локи, почуявший подвох.
- Ты должен жениться тоже.


Обе свадьбы сыграли в один день в самой середине лютой асгардской зимы. Женой Тора стала Сиф, женой его младшего брата Сигюн.
Красавица Сиф, облаченная в роскошный свадебный наряд, смотрела на Локи как победительница на побежденного. И Локи вынужден был признать, что для этого имеются все основания. С той первой ночи после возвращения Тора братья ни разу не были вместе. Конечно, они и заняты были больше, чем обычно – шла подготовка их свадеб, но Локи все равно кипел от злости. Самым неприятным было то, что Тор женился именно на Сиф, которую Локи не выносил, и которая отвечала ему тем же. А Тор, пусть и не любил Сиф, как возлюбленную, зато ценил и уважал как друга. Женись брат на любой другой, Локи бы так не злился – в конце концов у Тора всегда были женщины. Но Сиф!..
Локи холодно улыбнулся своей новоявленной невестке – та вернула ему улыбку – и взял под руку собственную супругу.
Ночью, когда настала пора молодым покинуть свадебный пир и отправиться в опочивальни, Локи проклял себя за то, что решился на эту авантюру. Оставшись в своих покоях наедине с женой, он подумал, что нужно было каким-нибудь образом уговорить мать избавить его от женитьбы. Можно было просто все ей рассказать – то есть, не все, конечно, про них с Тором рассказывать не стоило – вряд ли это было бы для нее таким уж сюрпризом, Фригг не однажды намекала на то, что знает про его любовников.
Он посмотрел на Сигюн, хрупкую белокурую девушку, совсем еще молоденькую, решительно не представляя, что ему с ней делать.
Локи нашел себе жену в покоях у матери – Сигюн была фрейлиной Фригг, одной из самых любимых. Государыня ценила спокойный характер и доброту девушки. Локи, навещая мать, не раз и не два замечал, как Сигюн украдкой смотрит на него, и краснеет и опускает глаза всякий раз, как на нее падал его взгляд, но не придавал этому никакого значения до того самого момента, когда Тор потребовал его женитьбы. Девушка была очень удивлена предложением Локи. Но согласилась, тем не менее, тотчас же. Локи совсем не знал ее, всего лишь несколько раз до свадьбы встретившись с будущей супругой в присутствии Фригг.
Сказав матери, что хочет жениться на Сигюн, Локи как-то не подумал о том, что никогда не ложился в постель с женщиной. И вот теперь, одетая служанками для сна, женщина, его жена, ждала именно этого – чтобы он лег с ней в постель.
- Ты, наверно, устала? – спросил он.
- Да, немного, - ответила Сигюн и улыбнулась. Многое было в этой улыбке – Локи разглядел там страх, и надежду, и еще что-то, чему не сумел дать названия.
- Тогда ложись, - предложил он и тоже попытался улыбнуться, но вышло не слишком ладно.
Локи подождал пока Сигюн заберется в постель, под меховые одеяла, задул свечи, и тоже лег, повернувшись к девушке спиной.


Когда весна растопила льды и покрыла деревья первой нежной зеленью, весь Асгард облетела радостная весть – Сигюн была беременна.
Фригг Локи с женой сообщили первой. Государыня была приятно удивлена – для нее не остались секретом вкусы младшего сына, и потому она не ожидала от него такой прыти в исполнении супружеского долга. Надо заметить, удивлялись этому многие, но больше всего удивлялся сам Локи.
Ему было хорошо с Сигюн. Ему, кто ни разу не взглянул с интересом на женщину, нравилось заниматься с ней любовью. Пусть это была не такая всепоглощающая страсть, как в их отношениях с братом, но жена пробудила в нем чувства, на которые, как он сам считал раньше, он не был способен. Ему хотелось заботится о ней, нежить ее, делать ей подарки. При том, что Сигюн не была писаной красавицей, вроде Сиф или Фригг, она обладала мягким очарованием, перед которым было невозможно устоять. Сигюн любили все, и супруг ее не стал исключением.
А теперь она носила под сердцем его ребенка. Локи чувствовал себя странно, думая об этом, но он определенно был доволен.
Были и другие поводы для радости: Сиф до сих пор не забеременела, и, похоже, у нее были нелады с Тором – Локи не помнил, чтобы когда-нибудь видел эту гордячку плачущей, а сейчас она постоянно ходила с покрасневшими от слез глазами.
И сам Тор не выглядел счастливым: Локи каждой клеточкой тела чувствовал злость брата, когда тот видел их с Сигюн в полной гармонии. Они почти постоянно были вместе, разговаривали и смеялись, во время трапез ели из одного блюда и пили из одного кубка. Тор наблюдал за ними и мрачнел с каждым днем. Несмотря на это, свои тайные встречи братья не прекратили. Они стали более редкими теперь, более короткими и злыми, но ни тот ни другой не могли заставить себя разорвать эти отношения. Локи теперь часто снимал с пальца подаренное Тором кольцо и рассматривал древние руны на его внутренней поверхности. «Навеки» - гласила надпись, и Локи знал, что она означает их с Тором судьбу.
Ему было интересно, кто из них двоих не выдержит первым. И придумывал, чем бы еще задеть брата. Его привязанность к Сигюн заставляла того страдать, и Локи еще больше любил жену за то, что сама того не зная, она помогала ему одерживать верх в их с Тором извечном противостоянии.
А однажды, сняв торов подарок, Локи не надел его снова, а запер в ларец, в котором хранил волшебное зеркало. На его руке осталось только обручальное кольцо, что связало их с Сигюн. Он проводил много времени с женой – и наедине и на людях – и ему это нравилось. Лишь изредка, по старой привычке, Локи провожал заинтересованным взглядом незнакомых молодых воинов. Заводить интрижки ему не хотелось. Рядом была Сигюн, и рядом пока еще был Тор. И Локи чувствовал, что даже когда брат покинет столицу, ему не захочется, как прежде, общества рослых белокурых красавцев – все менялось. Но и оставалось по-прежнему: Локи был уверен, что, как и всегда, будет с нетерпением ждать возвращения Тора и строить планы, и подсматривать за ним в волшебное зеркало, когда тоска станет невыносимой.
Ему придется терпеть присутствие Сиф, которой ныне, как супруге государя, не пристало участвовать в войнах, но зато он знал, и Сиф знала, что он знает, как будет она мучиться, думая о множестве пленниц, делящих ложе с Тором, всех, как одна, похожих на ее деверя.
А осенью родится их с Сигюн ребенок – Локи чувствовал, что то будет сын, наследник асгардского трона, - и Сиф лопнет от зависти. Кто знает, может с горя она решит броситься в море с высокой скалы.
Интересно, думал Локи, если у Тора и Сиф все-таки будут дети, как они станут ладить с его детьми. Это могли знать только три вещие сестры, потому что даже богам не было дано видеть свое будущее.
«Навеки» - вспоминал Локи надпись на кольце, и принимался сочинять послание брату-соправителю, который даже еще не уехал из столицы: «Государь, брат мой…»
Локи нравилось строить планы.
Добавлено: 4 октября 2012, 23:27
Чтобы не вводить эти слова каждый раз, можно зарегистрироваться на сайте.
Никакого флуда!
В отзывах разрешается обсуждать только вышенаписанную работу. Если вы хотите пообщаться на свободные темы, проследуйте в чат.
4 октября 2012, 23:46
Альфа-кона
Очень мило, проникновенно и даже радостно, что хоть в кое-то веки Тор остался с носом :) Пишите ещё))
5 октября 2012, 09:22
Нет аватара
Автор
>**Альфа-кона**
>Очень мило, проникновенно и даже радостно, что хоть в кое-то веки Тор остался с носом :) Пишите ещё))

Спасибо =) А Тор остался с носом просто потому, что текст закончился на белой полосе в жизни Локи;) Но если честно - я тоже этому рада =)
5 октября 2012, 22:12
Господин опоссум
Ооо..Это так, так.. Так великолепно, что я просто умыкну к себе в избранное и буду молча восторгаться. Спасибо автору.
6 октября 2012, 17:48
Нет аватара
Автор
**Господин опоссум**
Вам спасибо за отзыв =)


17 октября 2012, 00:55
rdowka
Вы очень красиво пишите!! Чувствуется, что это именно повествование, не просто о людях, а о королях, Богах. Как исторический роман ))
И Локи, какой он тут...обворожительно сексапильный ))
Фригг вообще порадовала, очень мудрая женщина )))
"- Это была только копия, - Локи поднял левую руку тыльной стороной ладони к Тору и пошевелил пальцами, демонстрируя, что кольцо на месте. " Какая прелесть )))))
Автор, я в полном восхищении!! И Сигюн, моя любимая Сигюн, тут появляется, и они даже счастливы с Локи )))
Ох. коварства братьям не занимать ))))
18 октября 2012, 19:16
Нет аватара
Автор
**rdowka**, спасибо =)
Мне почему-то захотелось найти Локи достойную женщину, а кто это может быть, как не верная Сигюн. Понятно, очень сложно было не вдариться в мэрисьюшность;)
Ну а Локи и вообще-то сексапильный) И Фригг мне очень нравится - как мать и как государыня.


18 октября 2012, 22:38
rdowka
>**Almirena**
>rdowka, спасибо =)
>Мне почему-то захотелось найти Локи достойную женщину, а кто это может быть, как не верная Сигюн. Понятно, очень сложно было не вдариться в мэрисьюшность;)
>Ну а Локи и вообще-то сексапильный) И Фригг мне очень нравится - как мать и как государыня.
>
Да, точно, он всегда такой ))) Почему то не так много нахожу, про отношения Локи\Сигюн, хочется страсти, любви и верности )))
20 октября 2012, 22:28
Нет аватара
Автор
>**rdowka**
>Почему то не так много нахожу, про отношения Локи\Сигюн
Наверно потому, что Тор/Локи куда популярнее)